Все равно двадцать четыре миллиона у меня остались. Я еще столько же заработаю, и не раз…
– Двадцать четыре миллиона? Долларов?! – У Варвары аж дух захватило от такой суммы."
"Наверняка Красницкий ворочал гораздо более крупными деньгами, но с ним Варвара не видела будущего. Даже если он вдруг женится на ней, счастья с ним не будет. А Олег и собой хорош, и вовсе не извращенец. К тому же холостой… Ну, если не женился снова.
– А вас это удивляет?
– Не очень… Смотритесь вы как минимум на миллион, – улыбнулась Варвара.
– Да? Тогда хорошо. А то я думал, что на неудачника похож. Вид у меня какой-то пришибленный, да?
– Я бы не сказала.
– Да ладно, я же знаю, что не совсем в порядке. Это из-за Ленки все. Она детей у меня отсудила. Вчера суд был. Я хотел, чтобы Вовка и Танюшка со мной были, а оно вон как вышло. Денег у меня много, но у Ленки отец в Верховном суде заседает, у него такие связи, что мне и не снилось… Ладно, если бы просто детей отсудили, мне запретили с ними встречаться. А это уже реальный беспредел!
– Жестоко.
– Не то слово… Знаешь, Варвара, я всегда мечтал иметь семерых детей. Чтобы семеро по лавкам, чтобы мал мала меньше, ну, ты меня понимаешь…
– Э-э… Не знаю…
– Да? Я думал, ты меня поймешь, – чуть ли не с упреком посмотрел на нее Олег. – Я смотрю, красота в тебе какая-то необыкновенная. Русская народная красота.
Варвара попыталась скрыть обиду, но все-таки он заметил горечь в ее глазах.
– Я что-то не так сказал?
– Сколько можно говорить, что русская народная красота – это возьмешь в руки, маешь вещь? Русская красавица – это полная баба с пышным задом.
А где у меня пышные формы?
– Ну, здесь ты не права, – покачал головой Олег. – Пышных форм у тебя действительно нет, но есть крепкое… ну, скажем так, сибирское здоровье. Ты изнутри силой светишься. Силой духа, силой тела. Ты, конечно, не баба, но семерых детей точно выносишь. Потому и должна ты меня понимать…
– Чьих детей?
– Моих.
– А вы что, жениться на мне собрались? – спросила она, с трудом скрывая свое ликование.
– Не знаю… – в смятенном раздумье пожал он плечами.
– Тогда о чем разговор?
– Ну, я бы не отказался… Ты такая красивая, статная… Просто сейчас не время думать об этом… Слушай, а кому ты говорила, ну, про это – возьмешь в руки, маешь вещь? – чтобы сменить тему, спросил он.
– Именно это я не говорила, но, в общем, да, был такой разговор. Меня даже звездой фольклора хотели сделать.
– Кто?
– Продюсер есть такой. Валерьев.
