Спектакль начинался в восемь, так что поужинать надо было в семь. Она предложила встретиться на вокзале Виктории в зале ожидания второго класса. Никакого удовольствия она не выказала и приняла приглашение так, словно делала ему одолжение. Филип почувствовал досаду.
Глава 57"
"Филип пришел на вокзал Виктории почти за полчаса до назначенного Милдред времени и сел в зале ожидания второго класса. Он ждал, а ее все не было. Он заволновался, вышел на перрон и стал смотреть на подходившие пригородные поезда; времени уже было много, а она все не появлялась.
Филип потерял терпение. Он побрел в зал ожидания первого класса и стал разглядывать сидящих там людей. Вдруг сердце его забилось.
– Ах, вот вы где! Я уж думал, что вы не придете, – сказал он.
– Хорошенькое дело! Заставили дожидаться целую вечность! Совсем было собралась вернуться домой!
– Но вы же сказали, что будете в зале ожидания второго класса.
– Ничего такого я не говорила. С чего бы это мне сидеть в зале второго класса, если я могу сидеть в первом?
Филип был уверен, что не ошибся, но смолчал, и они взяли извозчика.
– Где мы будем ужинать? – спросила она.
– Давайте в ресторане «Адельфи». Хорошо?
– Ну что ж, пожалуй. Мне все равно.
Тон у нее был сердитый. Ее разозлило, что пришлось ждать, и на все попытки Филипа завязать разговор она отвечала односложно. На ней была длинная накидка из темной грубой материи, а на голове вязаная шаль. Они приехали в «Адельфи» и сели за столик.
Она огляделась с удовлетворением. Красные абажуры, затенявшие свечи на столиках, позолота отделки, зеркала – все это придавало ресторану пышность.
– Я здесь ни разу не была.
Она улыбнулась Филипу. Накидку она сняла, и он увидел бледно-голубое платье с квадратным вырезом на шее; волосы были причесаны еще тщательнее, чем обычно. Он заказал шампанское, и, когда вино принесли, глаза ее заблестели.
– Вы, видно, решили кутнуть? – сказала она.
– С чего вы взяли? Потому что я заказал шипучку? – небрежно спросил он, будто никогда не пил ничего другого.
– Ну и удивили же вы меня, когда позвали в театр.
Беседа не клеилась – ей, видно, не о чем было с ним говорить, а Филип нервничал оттого, что не умеет ее развлечь. Она едва его слушала, не спуская глаз с обедающих за соседними столиками и даже не стараясь делать вид, будто он ее интересует. Он попробовал шутить, но она принимала шутки всерьез.
