Итак, я возвращаюсь к плацдарму, который заняли две батареи самоходчиков и пехотный батальон.
– Уничтожьте эти чертовы гаубицы! – кричал по рации начальник оперативного отдела корпуса. – Они не дадут восстановить переправу.
Подполковник Тюльков мог только ответить «есть!», не задавая лишних вопросов.
Все было ясно и так. Разрушенная во второй раз переправа тормозила наступление наших войск, а для тех, кто находился на плацдарме, означало лишь одно – без подмоги они долго не продержатся. Словно прочитав эту мысль, начальник оперативного отдела, молодой полковник, предупредил Тюлькова:
– Плацдарм держать хоть зубами.
Если немцы вас отбросят, придется брать его заново. А это лишних дня два или три. Понял?"
"Связь оборвалась, и Борис Прокофьевич Тюльков положил трубку. Приказал связистам проверить линию и подумал, что если немцы прорвут их оборону, то людей не сбросят, а просто уничтожат. Утопят, добьют среди обломков переправы.
Он обошел еще раз позиции, переговорил с комбатом Клычко. Боеприпасов, своих и трофейных, хватит, чтобы продержаться день.
Самоходчики дежурили возле машин, замаскированных в неглубоких капонирах в сотне метров за пехотными траншеями. Старались не высовываться, напряженно прислушиваясь к отзвукам орудийной канонады.
– Наши наступают, товарищ подполковник? – спрашивали его.
– Наступают. Бакулин, докладывай о любом движении немцев. Огонь открывать не торопись. Неизвестно, что нам тут готовят.
Когда вернулась разведка, посланная на поиски немецкой гаубичной батареи, вызвал к себе Петра Клычко, командира десантной роты Александра Бобича и командиров самоходных батарей Юрия Бакулина и Павла Карелина.
– Мужики, плацдарм держать, это само собой. Отступать нам некуда. Но с немецкими гаубицами надо что-то срочно решать. Николай Лукьянович, докладывай.
Старшина Шендаков развернул карту-двухверстку.
– Вот здесь, у южной оконечности, стоят четыре пушки. Судя по всему, шестидюймовые. Нашим с того берега их не видно, деревья закрывают. А переправа у немцев как на ладони.
Бьют с закрытой позиции. Кроме артиллерийских расчетов, подходы прикрывает охранение. Видели один крупнокалиберный пулемет и пару «МГ-42», возможно, имеются минометы.
– Сумели протащить «шестидюймовки», а они ведь тонн шесть весят, – заметил Бакулин. – Что там за пушки?
– Короткий ствол, метра два, не больше, откатник во всю длину небольшой щит, – обстоятельно докладывал опытный старшина.
– Ясно, – сказал Тюльков, хорошо разбиравшийся в образцах немецкой артиллерии.
