Наводчик Федосеев выпустил два осколочных снаряда подряд в тот момент, когда фигуры в пятнистых маскхалатах поднимались для броска. Одновременно длинными очередями опустошал диск пулеметчик Гриша Зуев, отвоевавший себе место в рубке.
Механик Хижняк, хорошо знавший, что успели натворить эсэсовцы за три года в Белоруссии, матерился и выкрикивал что-то злое и бессвязное. Не замечая развернувшуюся для выстрела «штугу», он гнал свою десятитонную машину прямо на эсэсовцев.
– …в Бога душу мать! Всех в землю вгоню.
Не видел он и поднимавшего свою трубу-гранатомет эсэсовца в противогазе. Карелин тоже стрелял из «ППШ». Останавливаться было поздно. Они успели проскочить участок улицы, где их мог достать снаряд штурмового орудия.
Эсэсовец с гранатометом упал, срезанный очередью. Самоходка сбила с ног и подмяла еще двоих солдат в камуфляже. Запоздавший снаряд, выпущенный орудием «штуги», врезался в сгоревший дом и прошел насквозь, разнося на куски обугленные остатки мертвого человеческого жилья.
Мелькнули массивная каска и лицо немца, искаженное страхом.
Автоматная очередь резанула по броне. Вреда эти пули причинить не могли, но отдавались внутри сильными ударами. «Фердинанд» гнал нескольких эсэсовцев, сумел еще одного подмять, остальные торопливо исчезли в соседнем дворе.
В горячке безжалостного боя, когда инициативу взял на себя белорусский сержант Алесь Хижняк, комбат Карелин заметил, что самоходка снова оказалась под прицелом «штуги». Павел понял, что развернуться и выстрелить он не успеет.
– Уходи к тому дому! – кричал он механику. – Полный газ!
– Не успеем, – тоскливо отозвался наводчик Никита Федосеев.
Лейтенант Сергей Мороха вывел самоходку на улицу. Возле траншеи заканчивалась рукопашная схватка. Немцы отступали к центру города. Отстреливаясь, цепляясь за каждый дом, понимая, что их загоняют в «мешок». Но русские наступали напористо, стреляя на ходу.
Усиленный минометами немецкий взвод был намерен удерживать свои позиции до конца. Ему были приданы два станковых гранатомета и несколько дополнительных пулеметных расчетов.
По сути, это была полноценная рота, но ей не везло."
"Вначале был убит опытный обер-лейтенант, затем его заместитель, молодой, но энергичный выпускник офицерских курсов. Рукопашная безжалостная схватка закончилась в пользу русских. Они словно зверели, когда дело доходило до прикладов, ножей, саперных лопаток.
Лезли напролом на пули, душили, ломали шеи, рубили своими отточенными лопатками.