Он никогда не спрашивал – он говорил.
Потому что чувствовал ее сильнее, чем она сама могла сделать это.
Своими животными инстинктами. Своей доминантой силой, которая сметала все на своем пути.
- Это шантаж!
- Всего лишь голая правда, - его мурлыкающий бархатный голос был ее особым фетишем. Люди так не умеют говорить. Так сладко и пряно растягивать буквы, отчего хотелось слизывать их с его чувственных губ.
Люди не пахнут так, как он – силой, страстью, властью настолько сильной, что по коже словно пускали мелкие электрические разряды, от которых было больно и настолько чувственно, что хоть вой.
Она понимала, что он будет сладко мучить ее до тех пор, пока она не сделает так, как он хочет.
Открыть глаза было сродни срыву в пропасть.
Пока она стояла на обрыве и двумя руками держалась за тонкую сухую травинку.
Но руки были скользкими, и она уже ощущала эту гравитацию под собой.
Ее затягивало вниз, на самое дно, где она сгорит в его раскаленной страсти, от которой оставались синяки и укусы.
- Отдайся мне, душа.
Резкий глубокий толчок был неожиданным, но настолько желанным, что Лия застонала, хватаясь ладонями за его плечища, и подалась бедрами вперед с немым призывом не останавливаться.
- Разве я не отдалась? - хрипло выдохнула девушка, и облизала пересохшие губы, на которые опустился еще один сладкий поцелуй, который хотелось поймать и не отпускать.
- Я хочу тебя всю. Открой глаза.
Она чувствовала, о чем он говорит. Интуитивно. Как жертва, которая попала в мягкие лапы хищника.
Ему было мало ее тела. Он хотел ее душу. Ее мысли. Эмоции. Время - всё, что только было в ней."
"Хотел забрать себе так, чтобы каждый ее вдох и выдох были наполнены им одним.
А Лия боялась, что потеряет себя в нем.
Она хотела этого, но понимала, что если зверь неожиданно пропадает, что в ней ничего не останется – только пустота.
- Я боюсь… - прошептала девушка, но веки открыла, тут же окунувшись в его взгляд, который гипнотизировал и собирал своей силой воедино из осколков памяти и эмоций, - Если ты заберешь меня, что останется взамен?
Его губы улыбнулись, и глаза стали словно влажный отполированный драгоценный камень, когда зверь выдохнул в ее губы:
- Весь я.
Глава 11
Лия вернулась в свою комнату через пару часов на дрожащих ногах и с полным сумбуром в голове и на сердце.
Секс в такой обстановке и тем более с этим мужчиной не должен был принести ей никакого удовольствия!
А она что?
А она кончила!
ТРИЖДЫ!
Мать твою.
