Не удивительно, что в свой первый визит он раскидал их словно тряпичных кукол, и даже не напрягся.
- Упрямая девочка.
Девушка вскинула брови, сухо заметив:
- Но ведь вам это нравится.
Лия и сама не знала, почему именно в этот момент она вдруг опустила ресницы и взгляд вниз.
Сделала она это зря!
Ой как зря!
Потому что то, что психу нравится ее строптивость, было как говориться «на лицо»!
Такое мощное возбуждение сложно было скрыть даже в штанах! Что уж было говорить, когда он был полностью обнажен и поэтому «комплимент» торчал так, что кровь прильнула к ее лицу, заливая щеки.
- Еще как нравится.
- Я заметила!
Он вдруг замурчал.
Замурчал, черт побери! Как огромный мохнатый кот, у которого в груди спрятан маленький трактор!
Глаза девушки округлились от неожиданности и полного сумбура в голове, оттого что сопоставить сам звук и психа пока не получалось.
Вернее, не получалось понять КАК человек способен издавать подобные звуки!
А мурчание перешло неожиданно в рычание, от звука которого на теле испуганно встал каждый маленький волосок.
Этот мужчина точно был не в себе.
- Тебе пора домой, - вдруг проговорил он жутким изменившимся голосом, в котором сейчас не было и доли холода и той сдержанности, от которой бросало в дрожь.
Напротив. Эмоций сейчас было слишком много и они вырывались из него так, что кажется он едва сдерживался.
- Дорогу запомнила?
- Да! - хрипло из неожиданного страха выдохнула Лия и замерла в ожидании той минуты, когда он сам отпустит ее и позволит сделать хоть один шаг в сторону.
Где-то глубоко внутри она понимала, что сейчас шутки закончились.
Сейчас нельзя было даже вздохнуть лишний раз, потому что реакция этого ненормального могла быть очень бурной, а тогда пути назад уже не будет.
Он отпустил не сразу.
Какое-то время продолжал удерживать ее за подбородок и настойчиво всматривался в лицо, пытаясь поймать взгляд, а потом неожиданно резко выдохнул и словно задержал дыхание, убирая свои руки.
- Иди. Иди и не оглядывайся.
Какие уж там оглядывания.
Лия скованно кивнула, не поднимая глаз, только ощутила, как от его тела снова пошел этот нездоровый жар, который окутывал ее пеленой, и обладал каким-то необычным запахом.
Первые шаги с трудом давались ей. И хотя ноги не дрожали, а идти было тяжело от жуткого непередаваемого чувства, что если она сделает что-то не так, если пойдет слишком быстро или тем более перейдет на бег, то начнется охота, где она будет жертвой. Без вариантов.
