- Так, папаша, это все здорово, конечно, - вмешивается Ирина Васильевна. - Но у нас процедура.
- Что? - кажется, Калганов даже не очень понимает, что она там говорит. - Какая процедура?
- Капельницу сейчас поставим. Чтобы помочь жене вашей и ребеночку, - терпеливо объясняет она. - Давайте посещения попозже, ладушки?
- Можно он останется? - умоляюще спрашиваю я. - Ну, пожалуйста!
Миша напряженно смотрит на врача, а та в итоге машет рукой.
- Ладно. Но разговоры только о хорошем, - строго говорит. - Никаких волнений.
- Конечно, - заверяет он.
Приходится подождать, пока медсестра все сделает, и только после этого мы, наконец, остаемся вдвоем. Муж подвигает стул к моей кровати с той стороны, где у меня рука свободна, кладет свою сверху и переплетает наши пальцы.
- Я так испугался за вас, - тихо признается.
- Как ты узнал?
- Врач твоя позвонила. Я сразу же сорвался…
- Ты совсем не спишь? - пытаюсь сменить тему разговора, видя, что Мише непросто он дается.
- Что? А, сплю, конечно. Но без тебя это совсем не то.
Его слова звучат так естественно. Словно у нас так и было. Но на самом деле каждый из нас ждет, что так будет. Как только я вернусь домой.
- Миш, я должна тебе кое-что рассказать.
- О чем?
- Я подвела тебя, прости.
- Соня…
- Нет, ты выслушай. Я доверилась Валере, думала, что он надежный, близкий человек. Он… - замолкаю, подбирая слова. - Он предал меня. И, кажется, смог навредить тебе.
- Твой врач запретил нервничать.
- Я помню. Но ты должен знать - он сговорился с твоим братом.
Судя по выражению лица, муж не особенно удивлен.
- Ты знал?
- Скажем так, я не предполагал, что все настолько далеко зашло.
- Значит, тебе и правда грозит тюрьма? - ужасаюсь, понимая, что все слова Рогова не были пустой болтовней.
- Не волнуйся. Никакой тюрьмы не будет, - уверенно заявляет муж. - Я решу эту проблему.
- Так это правда?
Миша молчит, только крепче сжимает мою ладонь.
- Сонь, ты обещала не нервничать. Так что…
- Он принес мне какую-то доверенность! Сказал, что так я смогу себя обезопасить.
Вот тут Калганов мрачнеет, стискивает зубы.
- Какую еще доверенность?
- Я не знаю. Я отказалась, Миш! Ты только не подумай…
- Все, все, моя хорошая. Я тебе верю, - перебивает он меня, мягко удерживает, кивает на капельницу. - Осторожнее, Сонь.
- Ох, да, - морщусь, укладываясь поудобнее. - Пожалуйста, будь осторожнее.
- Не волнуйся. Все будет хорошо. Ни в какую тюрьму я не собираюсь. Мне есть ради кого стараться, - муж улыбается.
