- Если все так, как ты говоришь, и он неродной сын, то зачем Язов мне все это рассказал?
Миша мрачнеет, стискивает зубы, и я мгновенно чувствую, как меняется его настрой.
- Из-за наследства, Сонь. Все дело в нем.
- Антон сможет на что-то претендовать?
- Все непросто. Я пока не смог найти доказательств этого, но… Но поверь, я не позволю никому разбазарить наследие твоего отца, - твердо произносит муж.
Я совершенно не сильна в юридических делах, и слов Миши для меня достаточно.
- Хорошо.
- А теперь - поедем к врачу.
- Но я нормально себя чувствую.
- Это не обсуждается, - довольно жестко говорит Миша, поднимается сам и, подав мне руку, вынуждает последовать за ним.
Кирилл сопровождает нас, и при нем мне совершенно не хочется обсуждать тонкости моего положения. Поэтому дорога проходит в молчании.
В клинике Миша берет дело в свои руки, и уже через пятнадцать минут я захожу в кабинет, чтобы сделать УЗИ.
- Добрый день, - приветствует нас врач.
- Ложимся на кушетку, раздеться можно за ширмой, вон там.
Я почему-то все жду, что Миша вот-вот уйдет. Договорится обо всем и оставит меня одну в такой важный момент. Но нет. Стоит рядом, внимательно смотрит в монитор. Сосредоточенный. Даже задает уточняющие вопросы, тогда как я даже не могу и слова произнести. Просто слушаю биение сердца моего малыша и пытаюсь сдержать слезы, которые вот-вот выступят.
- Можно одеваться, - говорит врач и подает мне салфетки, чтобы вытереть живот.
- Я правильно понимаю, что с ребенком все в порядке? - спрашивает Калганов, пока я выполняю нехитрые действия и одеваюсь.
- Ну, как сказать… Пока - да. Но вообще вы, конечно, свою будущую мамочку явно не бережете, - довольно резко отвечает она. - Тонус у нее довольно приличный.
- Что это значит? - спрашивает муж, даже не давая мне и слова вставить.
- Это значит, что ей надо больше отдыхать и поменьше нервничать. А еще я бы посоветовала остаться у нас в стационаре хотя бы на недельку.
- Но я не… - начинаю возражать, как Миша внаглую перебивает меня.
- Конечно, останется. Все, что нужно, чтобы с моей женой и ребенком было все хорошо.
Врач удовлетворенно кивает. А я лишь молча смотрю то на нее, то на мужа.
- Тогда я схожу договориться про палату. Отдельную ведь? - Калганов тут же кивает. - Хорошо. Анализы тогда сдадим завтра натощак.
Она уходит, а мы остаемся вдвоем. Я молчу.
