— Ее характеристика, шла в разрез с моими представлениями о тебе. Пришлось приходить еще и еще, пока не поймал себя на мысли, что мне нравится на тебя смотреть. Просто смотреть, а не подмечать какие-то детали в твоем поведении, с целью поймать на фальши. Проходили дни, а ты, со своей матерью, так ни разу и не приехали на смотрины, что было бы логично, если сторона невесты была согласна на свадьбу. Но вы все не приезжали, и я начал подозревать, что и ты можешь не торопиться замуж. — он замолчал, все так же гипнотизируя взглядом потолок, а я внимательно на него посмотрела, как он сейчас подметил, пытаясь поймать его на фальши.
— А дальше? — тихо, спросила я, мысленно борясь со своей наивностью, забивая ту своей подозрительностью. Но на помощь уже еле дышащей наивности, внезапно пришла надежда. И вот стою я перед ней, и понимаю, что против такой махины, мне требуется что-то серьезнее, чем обычная подозрительность. Как в каталоге стала просматривать пресс-курант. Ага, обида, принципы, о, женская логика…
— Время шло, сроки поджимали, я так ничего и не решил по твоему поводу, а мама все наседала.
Сказать по правде, я, на то время, не был, так уж против, жениться на тебе. Но тут, как это не глупо, взыграла гордость и упрямство. Я уже говорил, что не люблю, когда на меня давят, и, чтобы не давать слабину в будущем, стараюсь всегда делать наперекор тому, кто меня заставляет делать что-то в ультимативной форме. Согласись на твою кандидатуру — мама бы решила, что это ее заслуга и в дальнейшем не слезла бы с меня живого, если ей что-то от меня понадобилось.
Про планы на тебя я не врал. Я действительно хотел с тобой познакомиться по настоящему, узнать. Но тогда, когда на меня не станут давить сроки с завещанием и мама. Так я и оказался в брачном агентстве, не подозревая, что Гансе — твоя вторая фамилия, и Ивар — твой родной брат. А теперь представь, что я должен был чувствовать, когда в храме встретил тебя?
— Э, — выдала я невнятное, пытаясь встать на его место. Информации было так много, что я не успевала ее «переваривать».
Мне бы себя нормально осознавать, а он просит такую непосильную мне сейчас вещь — как встать на его место.
— Вот и я не знал, как себя вести. Поначалу заподозрил, что это какой-то хитрый план моей мамы. Но твое поведение сбивало с толку. Когда в документах на доверенность увидел, что тебя зовут Агата Гансе, вообще опешил, решив, что ты успела выйти замуж за моей спиной, хотя приставленные люди, не могли не сообщить мне о таком факте.
