Не знаю смеяться мне от его выходки, сердиться за то, что провоцирует бедную пожилую поборницу строгих правил — на ее лице написано презрение к нам, или просто порадоваться что я поняла, что он сказал — уроки не прошли даром.
— Вот что ты творишь? — спрашиваю Людвига с легкой укоризной, когда дама, потрясая головой в шляпке, удаляется, фыркнув на нас напоследок.
— Ничего. Пока что ничего, — слегка насмешливо отвечает Лёд. — Но у нас все впереди. Идем. Немедленно.
Когда заходим в квартиру, кладу букет на старинную консоль и поднимаю взгляд на Людвига, испытывая ощущение будто балансирую на краю пропасти.
Что я делаю? Как могу без оглядки бросаться в омут? Передо мной влиятельный и богатый мужчина в дорогом, сшитом на заказ смокинге. Я — простушка из провинции. Разве смогу надолго заинтересовать его? Что вообще этот красивый богатый мужчина нашел во мне? Ведь я — самая обыкновенная девушка, абсолютно чужая в мире богачей…. Скромная, бедная… Покупаю одежду на распродажах, а не в эксклюзивных бутиках.
У меня нет ничего общего с красавицами, которые нравятся миллиардерам.
— Ты снова хмуришься. Перестань думать, Настя. Поддайся чувствам, — произносит Людвиг.
— Почему тебе так хочется лишить меня разума? Ты играешь со мной? Скажи, умоляю? — произношу внезапно, удивляя саму себя.
— В чем проблема? — вздыхает Лед.
— Ни в чем… Просто… Ты не можешь меня хотеть.
— Что за бред?
— Разве? — спрашиваю с горечью. Ведь мне до сих пор не верится, что это я, в дорогом красивом платье, с макияжем, который мне не повторить никогда в жизни, что я провела вечер среди сливок общества.
Как можно в такой ситуации не чувствовать себя Золушкой?
— Расслабься, это все что я прошу тебя сделать, — тихим ласковым голосом произносит Лёд.
Никогда еще он не говорил со мной так… нежно. И проникновенно. Он наклоняет лицо ко мне, я теряюсь, смущаюсь и спрашиваю глупость:
— Ты собираешься меня поцеловать?
— Ты угадала, — насмешливо говорит Людвиг, касаясь большим пальцем моего подбородка, проводя им ниже, по шее, отчего у меня по всему телу бегут мурашки.
Поцелуй, следующий за этой проникновенной лаской — жадный, страстный, сметающий все сомнения на своем пути. Оторвавшись наконец от губ, Лед осыпает поцелуями мою шею, затем покусывает мочку уха, а его руки ложатся на мои груди и сжимают их. У меня вырывается всхлип, настолько его касания желанны для меня. Буквально растворяюсь в новых ощущениях.
