Он пробыл там чуть дольше и вышел весь красный, взмыленный, но тоже, кажется, довольный. Он показал нам большой палец.
Наконец, Демидов, вышедший в коридор, произнес мою фамилию.
— Разумовский, ваша очередь. Пройдемте.
Я с уверенностью шагнул за ним, ожидая увидеть очередную палату с манекеном или актером. Но он повел меня дальше по коридору, к другой двери, без всяких опознавательных знаков.
— Здесь, — сказал он, открывая ее."
"Я оказался в просторном кабинете, больше похожем на зал для заседаний.
За длинным столом сидела комиссия — пять человек. Пятеро сурового вида мужчин в возрасте, одетых в строгие мантии Магистров.
В центре, во главе стола, восседал грузный мужчина. А сбоку я с удивлением узнал солидного, представительного мужчину, который был поразительно похож на нашего Пончика. Дядя. Леопольд Константинович Величко. Ага, вот значит, кто тут за всем стоит. Понятно.
— Адепт Илья Разумовский, — представил меня Демидов.
— Проходите, Разумовский, присаживайтесь, я — Магистр второго класса Аркадий Платонович Журавлев, — указал мне на стул напротив себя грузный мужчина.
— Мы наслышаны о ваших… талантах. И о том, каким образом вы получили допуск к этой аттестации. Ваш случай, скажем прямо, беспрецедентный. И раз уж вы у нас такой уникум, который считает возможным перешагнуть через полгода обязательной практики, то и экзамен для вас будет… уникальным.
Я молча ждал, чувствуя, как расслабленность после первых двух блоков улетучивается без следа.
— Вам предстоит осмотреть не симулянта, и не актера. А настоящего пациента, — продолжал Журавлев. — Екатерина Волосенкова, двадцать пять лет. Она — племянница Алексея Воронцова, одного из магистров Владимирского отделение Гильдии Целителей.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ставки только что взлетели до небес.
Журавлев, кажется, наслаждался произведенным эффектом. Он даже не пытался скрыть циничную ухмылку.
— Лучшие Мастера-целители Владимира уже полгода занимаются этим случаем.
Увы, безрезультатно. Поэтому, как вы понимаете, мы готовы рассматривать даже самые неординарные подходы.
Журавлев сделал паузу, и его тяжелый взгляд остановился на мне.
— Если вам удастся найти решение, которое упустили другие, Разумовский, — что ж, это будет настоящим триумфом, который, несомненно оценят в Гильдии. К тому же ее дядя очень авторитетный человек и к его мнению прислушиваются считаются даже в Столице.
