– Что, и? Значит, как все хорошо – бабка не нужна! А как хвост поджала – тут как тут!
– Таня! Перестань! – возразила бабушка, – Что ты такое говоришь?
– Ой! А что я такое говорю?! – всплеснула та полными руками, – не ты ли, Алла, мне жаловалась, что Олька дорогу к тебе забыла?
– Я уезжала… – промямлила оправдание.
– Так, Татьяна, прекрати! Ты видишь, до чего девочку довела?..
– А и правда, Оль. Ты че бледная – то, как моль?! – нахмурилась тетя Таня, – заболела, что ль?
– Нет, – буркнула через плечо, уходя на кухню.
– Да, ладно, ты не обижайся…
Я и не обижалась. Знала ее с детства. Ее и ее язык без костей. Она всегда такой была – в глаза говорила, что думает. Хоть ученикам, хоть директору школы. Вообще – то, она беззлобная тетка. Взбалмошная только и шумная, но не плохая. Они с бабушкой много лет уже дружили, еще со школы, где тетя Таня библиотекарем работала.
Она и сама жизнью побита была. Муж со старшим сыном разбились в аварии еще в начале двухтысячных. Младший на зону угодил по 228 статье – распространение наркотиков, а когда вышел, подался на севера в поисках легких денег, да так там и затерялся.
Скоро шебуршание в прихожей стихло, и бабушка зашла в кухоньку.
– Не обращай внимания, она не со зла.
– Я и не обращаю.
– Что делать думаешь? – поинтересовалась она, усаживаясь на табурет.
Это не праздный интерес моими планами на день.
– На работу хочу устроиться.
– Куда?
– В школу.
– В школу?.. Серьезно?..
– Почему бы и нет. На днях схожу в отдел образования, узнаю о вакансиях.
– Тебе, наверное, придется квалификацию подтверждать."
"Я думала об этом и была к этому готова.
– К тому же скоро конец учебного года. Может, до сентября подождешь, – предложила она, – отдохнешь, сил наберешься.
– Ба, давай я схожу туда, а потом дальше думать будем. Ладно?
В ее словах была, конечно, логика, но мне не хотелось сидеть, сложа руки. Впустую проживать наши, и без того, небольшие накопления.
Выходные мы с бабушкой провели, наводя в квартире уборку. Я постирала шторы, помыла окна и натяжные потолки.
Навела порядок в шкафах, разобрала свои вещи. Мелькнула мысль вынести сумки с одеждой, что он мне купил, на помойку, но я передумала. Зачем? Этот красивый жест все равно никто не оценит. А тратить сейчас деньги на обновки было бы опрометчиво.
Работать приходилось с частыми перерывами. Голова то и дело начинала кружиться и слабость в ногах не позволяла долго стоять. Под вечер я настолько устала, что сил не хватило даже на ужин и душ.
