К семейным скандалам, случавшимся за закрытыми дверьми в покоях правящей семьи, она была вполне привычна. И, как настоящая женщина, умела сгладить любой конфликт отцов и детей. Ну или если не сгладить, то хотя бы смягчить.
— Выпорю так, что неделю лекции стоя слушать будешь! — продолжал гневаться Его Величество, подходя к продолжавшему спокойно попивать чаек сыну.
— Дима, — императрица коснулась руки мужа, желая успокоить его. — Что случилось?
— Что случилось? Что случилось⁈ Безмозглый сын у нас с тобой случился, Оленька! Я ему все светила науки в репетиторы согнал, а надо было ремня давать на регулярной основе!
Ольга Анатольевна вздохнула, взяла чистую чашку и принялась наливать в нее порцию чая на супруга.
У правящей семьи Романовых было три негласных правила. Первое — сор из избы не выносится ни при каких условиях. Второе — за едой никто не работает и не утыкается в телефоны и бумажки. И третье — спать разругавшимися никто не расходится. Хоть до трех ночи скандальте, но пока не примиритесь — никто до подушки не дойдет.
Эти простые правила привнесла в жизнь Дмитрия Алексеевича именно Ольга Анатольевна. И если после свадьбы молодому тогда еще цесаревичу они казались идиотскими, то с годами он осознал всю мудрость собственной супруги.
А потому, когда Ольга поставила перед ним чашку из костяного фарфора из своего любимого чайного сервиза, Его Величество скрипнул зубами и уселся чаевничать с семьей.
— Итак, мальчики, что случилось? — миролюбивым тоном поинтересовалась императрица.
— В Ивана стреляли, — сухо бросил Его Величество.
— Отец, — Иван укоризненно посмотрел на Дмитрия Романова, а потом они оба — на императрицу.
Ольга побледнела, но от обморока воздержалась.
— Ну что ты, что ты, — нахмурился император. — Видишь же — сидит живой и целехонький твой сынуля.
— И твой тоже, — парировала женщина.
А затем повернулась к сыну и, строго посмотрев на него, спросила:
— Иван?
Цесаревич пожал плечами:
— Стреляли, — не стал отпираться он.
— И почему я узнаю об этом так, как узнаю? — поинтересовался император.
— Потому что я вполне в состоянии с этим разобраться, — пожал плечами Иван.
— Да мне плевать, в каком ты состоянии! — снова завелся император. — Ты — наследник! Ты не можешь так легкомысленно относиться к подобным происшествиям! Наследуемость власти — основа стабильности в стране. Нет сюрпризов, как в этих идиотских демократиях: левые победят на выборах или праве? Воюем или миримся? Нет, монархия основана на предсказуемости политики.
