— Ну еще бы! Только жених появился и сразу пропал, — хмыкнул цесаревич.
— А она, случайно, не твоя тайная сестра? — с подозрением спросил я, покосившись на Ивана.
— Была бы моя сестра — я бы тебе руки поломал еще при первых поползновениях, — доверительным тоном сообщил наследник Российской империи.
— Логично… — пробормотал я. — Едем?
— Едем!
Том 2
Глава 3
Императорский Московский Университет, медицинский корпус
Ольга Орлова листала файлы на компьютере, равнодушно пробегая глазами по табличкам.
Взгляд привычно отмечал референсные значения, палец размеренно клацал по мышке, файлы менялись.
Это была рутинная, можно сказать, сугубо механическая работа, которую стоило бы поручить какому-нибудь аспирантику. Но Орлова всегда выполняла проверку анализов инициированных студентов самостоятельно по разным причинам. Во-первых, потому что это было медитативное занятие, напоминающее ей о том, что она молодец и новое поколение магов удалось на славу. А во-вторых, они никогда бы не доверила это ответственное занятие никому, кроме себя.
Мало разобрать бумажки на кучки, необходимо еще и правильно соотнести одно с другим.
Мышка мягко клацала, таблички сменялись, рабочий день подходил к концу.
Мог бы подойти.
Женщина вздохнула, подперев щеку рукой и рассматривая файлик на экране. Все в нем было прилично, даже слишком прилично с учетом процедуры инициации. И глаз бы никогда ни за что не зацепился, если бы только женщина не знала — тут нужно каждую цифру рассмотреть под микроскопом.
Рука потянулась к телефонной трубке, но замерла не дотянувшись.
Стоит ли звонить?
Во всех анализах парня были идеальные показатели, и если бы не вторая страничка, которую вздрюченные медбратья изволили приложить на всякий случай от греха и гнева начальницы подальше, то даже Ольга бы ничего не заметила.
На той страничке были графики датчиков с самой инициации и немного после. Орлова уже однажды видела такое. Это было феноменально, очень перспективно и, к сожалению, быстро превратилось из триумфа в поминки.
Этого парня можно разогнать в космос, если делать все очень и очень быстро, наплевав на все рекомендации Минздрава, логику и инстинкты самосохранения.
И на клятву медика, и на клятву педагога.
Ольга потерла виски. Встала, прошлась по кабинету. Открыла верхний ящик стола, в котором лежал старый-старый портсигар с единственной папиросой внутри. Достала портсигар, открыла его, понюхала.
