Вопрос остается только о связи Насти и этого Калиниченко.
А если допустить, что Перфильев стал обладателем денег сбежавшего Березникова? Чем не предположение? По-любому выходило, однако, что те «волжско-короновские» деньги здесь играют главную роль. Наиглавнейшую. Иначе почему все фигуранты дела так или иначе задействованы — Перфильев и Байкалова мертвы, Голубков сначала угодил в психушку, потом сбежал и, предположительно, является двойным убийцей, а Березников, главный обладатель денег, сбежал самым первым.
С него и началась вся эта кутерьма, не дающая покоя никому из сотрудников злополучной фирмы.
Вот только Калиниченко и Настя-то здесь при чем? Этого я не знала, но была уверена, что необходимо продолжить разработку связей их обоих. Настю, возможно, выловить в Москве, а что касается Калиниченко…
Не знаю, ничего не получается… Никакой жизнеспособной версии не выстраивается. В отчаянии я снова бросила взгляд на кости.
— Уж простите, родные, — со вздохом развела я руками. — То я несколько дней к вам не притрагиваюсь, поскольку события следуют одно за другим, то мучаю несколько раз в день, ибо действие сменяется аналитическим процессом.
Выручайте, друзья!
И я бросила кости на стеклянную полочку под зеркалом, висевшим в ванной.
1 + 36 + 17 — «В здании человеческого счастья любовь образует купол, а дружба возводит стены».
Любовь? Дружба? Надо же, такие хорошие слова в этом деле соседствуют с таким неприятным набором, как убийства, кража денег, исчезновение человека… Но это не важно, важна суть.
С кем дружил Калиниченко? Я знаю только Николая Томилина. А кого любил?
Мне вспомнилась какая-то девушка Ася, его давняя любовь, по словам, опять же, его давнего товарища Николая Томилина? Может, она как-то разъяснит ситуацию? Шансик крохотный, но мало ли что она скажет, может, одна деталь все поставит на свои места?"
"Я почти успокоилась, раздражения уже не было. Я не спеша выключила воду, вылезла из ванны, накинула халат. Расчесала волосы, потом вышла в коридор и прошла к себе в комнату.
Я подошла к телефону и набрала номер самарского охранного агентства «Эскорт». Мне ответил мужской голос, в котором я сразу узнала Томилина:
— Алло.
— Здравствуйте, извините, что я вас беспокою, это Татьяна Иванова из Тарасова. Мы с вами разговаривали два дня назад…
— Да-да, я помню, — откликнулся Томилин.
— Помните, вы говорили о некоей девушке Асе, в которую был влюблен ваш покойный друг Калиниченко?
— Да.
