Караваев смотрел на меня с изумлением — видимо, его сразило, что я столь запросто и вместе с тем заговорщицки беседую с подполковником, начальником убойного отдела.
— Таня… — заговорил он таинственным тоном, — я сегодня наговорил вам нелицеприятных вещей, за что искренне прошу прощения. И вместе с тем у меня к вам есть одно деловое предложение…
Здесь настал мой черед удивляться.
— И что за предложение?
— Я нанимаю вас расследовать это дело! — без предисловия бухнул Караваев.
Теперь уже я смотрела на него как на марсианина.
— Но с какой стати? Вам-то это зачем?
Мельников с любопытством переводил взгляд с Караваева на меня. Его явно занимал наш диалог.
— Понимаете… — Караваев слегка замялся. — Вы только не обижайтесь на меня. С одной стороны, мне хочется убедиться в том, что я был не прав. Понимаете? Я хочу, чтобы вы доказали мне, что частный детектив действительно способен раскрывать сложные дела. Разумеется, я оплачу все расходы.
— То есть вы хотите взять меня на слабо? — сощурилась я.
— Ну что вы, к чему такие выражения! — укоризненно покачал головой Леонид Игоревич. — Я же вам объяснил свои мотивы!
— А что тогда вы имели в виду «с другой стороны»? — спросила я.
— Понимаете… — Караваев потер гладко выбритый подбородок. — Я никогда не вкладывался в рискованные проекты. Во всех моих поступках всегда присутствовал строгий расчет. И теперь… Теперь мне хочется решиться на подобный поступок. Ведь я прекрасно понимаю, что могу, что называется, прогореть.
Ну, в случае, если вы успешно расследуете это дело.
— И вам, конечно, будет жаль, если вы прогорите? — усмехнулась я. — Тогда лучше сразу послушайтесь доброго совета — приберегите ваши денежки!
— Вы не совсем меня поняли, — сделал предупреждающий жест Караваев. — Понимаете, это тот случай, когда я хочу — понимаете, хочу! — прогореть! Я, между прочим, остаюсь верен себе. Скажу вам честно — я буду рад, если вы расследуете это дело. Если же нет, то я все равно не остаюсь внакладе, поскольку…
— Стоп-стоп, — перебила я его.
— Вы, видимо, не очень хорошо представляете себе принцип моей работы. У меня есть определенные расценки, то есть мои услуги имеют свою стоимость. Мне платят за каждый день расследования независимо от результата. И если даже так случится, что я не раскрою это дело, я не стану возмещать вам ваши расходы. Вы просто не заплатите мне гонорар за невыполненную работу, а ежедневные услуги плюс расходы оплатите.
