Как ты догадалась?
Лина хотела отозваться какой-нибудь колкостью – все равно терять нечего, но неожиданно для самой себя ответила вполне серьезно:
– Не знаю. Глаза… Тварь, тебя выдают глаза. Я не верю, что почти никто тебя не заподозрил.
– Мне ни к чему тебя обманывать. Тех шестерых, кто что-то понял, я убил. Они не успели поделиться своими подозрениями с другими. Наоборот, я не верю тебе. Мне кажется, ваша настоятельница каким-то образом узнала мою тайну и поделилась этим знанием с тобой. Это так?
– Нет, – твердо возразила Лина, – она никогда ничего не рассказывала о перевертышах.
Эти истории… В общем, им не верят, они вроде сказок.
– Да, мы заботимся о том, чтобы они так и оставались сказками. Странно. Если ты и врешь, то очень искусно. А я почти не сомневаюсь, что врешь. Настоятельница перед разрушением Монастыря успела передать тебе какую-то информацию. Фактически наибольшую опасность для меня представляют факты об истинной сущности некоторых руководителей Ордена. Ведь наверняка ты получила именно их? Твоя начальница любила собирать разный компромат…
– Подонок, так ты уверяешь, что еще и не один? Сколько руководящих сотрудников вы убили, чтобы завладеть их личностями?
– Твоя глупость невообразима.
Сколько раз повторять: мы никого не убивали, все гораздо проще. Не уклоняйся от темы, скажи, где та информация, которую тебе передала настоятельница?
– Можешь разрезать меня на куски, все равно ничего не скажу, – твердо пообещала девушка.
– На куски? Заманчивое предложение… Но я, пожалуй, воздержусь.
Пока. Практикантка, мой век очень долог, все мы, в отличие от вас, никогда не торопимся. Вот и сейчас я не буду спешить. Знаешь, мне даже немного забавно с тобой разговаривать. Во многом мы с вами похожи, но различий гораздо больше. Я долгие годы жил среди людей, но до сих пор не могу понять многие вещи. Ваши эмоции… Нет, это непостижимо. Однако время делает свое дело, маскировка стала мне роднее собственной кожи, иногда я ловлю себя на том, что улыбаюсь не по необходимости, а так… без видимой цели.
Как говорят в этой стране: «С кем поведешься, от того и наберешься». Я никогда не разговаривал со своими собеседниками так, просто, не скрываясь. Это интересное ощущение.
– Обещаю, на разделочном столе тебе будет еще интереснее, – злорадно пообещала Лина.
– Практикантка, к чему эти слова? Твоя бравада основана на невежестве. Ты вцепилась в тот кусочек истины, что тебе хорошо известен, и отказываешься видеть всю картину.
