Если опоздали все – значит, нам просто дали мало времени на сборы. А если кто-то успел собраться, то остальные – копуши.
Из комнаты мы выскочили взъерошенные и уже не в духе. А тут еще мэрш Адриан отчитал и пообещал наряд в грифоньих вольерах завтра с утра за то, что мы не можем быстро одеться. Мне хотелось придушить Рианну.
Впрочем, нет худа без добра. Я все равно собиралась наведаться к грифонам. А тут и время искать не придется. Все равно надо туда идти.
– Девочки, милые, – взвыл мэрш Адриан. – А сейчас бегом на главную площадь.
Рина, найди своего ушастого!
– Кого? – удивилась я.
– Жениха. Стой с ним рядом, держи за ручку и улыбайся.
– Зачем? – Я буквально оторопела от немыслимого приказа мэрша. – Элоизу же убили. Я думала, мы по этому поводу собираемся и куда-то бежим без завтрака. При чем тут я, Сильх и еще улыбка? Улыбаться меня сейчас вообще не тянет. Ни с Сильхом, ни без него.
– Король расстроен произошедшим. Спрашивал про «единственный позитив в академии» – вашу милую парочку.
Стой рядом с женихом и изображай счастье. Нацепи улыбку влюбленной идиотки, я знаю, у всех женщин в арсенале такие есть. После них мужики женятся, а потом не могут понять, как так получилось.
– Я вообще-то сначала хотела доучиться, – выдала я.
– Не хотела, – отмахнулся от меня мэрш. – Сама мне об этом говорила меньше месяца назад.
– Ну, так когда это было. Вы что, не знаете? Мы, девушки, создания непостоянные.
– Давайте, непостоянные создания, бегом! Отстаивать честь академии.
В прямом смысле этого слова. Стоять придется долго. Тут куча желающих что-то сказать. Король, члены попечительского совета, родители… Дурдом, короче.
Мы послушно помчались на улицу и почти добежали, но меня из толпы выдернула обеспокоенная мама.
– Риночка, ты как? – заголосила она, и я не узнала свою холодную родительницу в этой слегка растрепанной женщине, близкой к истерике.
– Нормально, – просипела я. – Но если ты посильнее сожмешь мои ребра или задержишь меня подольше, будут проблемы.
– Какие? – удивилась она, но объятия, от которых было трудно дышать, разжала.
– Разные, – уклончиво отозвалась я, думая, как бы потактичнее сказать маме то, что я обязательно услышу от мэрша Адриана, если опоздаю туда, где мне уготована роль главной обезьянки в цирке.
– Ну ладно, беги, моя хорошая, и знай: мы с папой тебя благословляем. Так даже лучше!
– Благословляем на что? – возопила я, но мама уже отступила под натиском мэрша Адриана.
