Я вдыхала запах Натаниэля, чувствовала его руки на спине, и голова кружилась от счастья. И не давал покоя лишь бьющийся в висках вопрос: неужели кто-то должен был погибнуть, чтобы Натаниэль просто меня обнял? Показал хотя бы на миг, что он – не каменная статуя.
– Я волновался за тебя, – выдохнул он мне в волосы.
Не удержавшись, я ехидно спросила:
– И с чего бы?
– Не знал, кто погиб… – серьезно отозвался гранд-мэрш и немного отстранился. Я подняла глаза и встретилась с его пронзительно-зелеными. Он выглядел действительно встревоженным и уставшим, а еще в его взгляде застыла боль.
– На какое-то время… Я подумал, погибшей могла быть ты.
– Но почему ты подумал обо мне? – удивилась я.
– Во-первых, сообщение послали сразу же, когда еще не разобрались, кого именно нашли в лесу. Просто сказали, что блондинка и что личность устанавливается. А во-вторых… – Он замолчал и уткнулся лбом мне в лоб. – Наверное, просто именно тебя я сильнее всего боялся потерять…
– Ты же понимаешь, что потерял меня раньше? – тихо ответила я.
– Тогда, когда оттолкнул.
– А потерял ли? – хрипло спросил он. И от этого нового, изменившегося голоса стало не по себе. Ноги подкосились, и чтобы не упасть, я сама обняла его.
Натаниэль воспринял этот невинный жест как команду к действию. Наклонился ниже и поймал мои губы в плен. Я оказалась к этому не готова, растерялась перед его напором и поэтому быстро сдалась. Я ждала этого очень долго. Знала ведь, что его поцелуи словно наркотик для меня. От них кружится голова, замирает дыхание, и невозможно отстраниться первой.
А сейчас и Натаниэль не спешил разорвать упоительные объятия. В этом поцелуе я чувствовала его отчаяние. Он действительно боялся, что погибшей могла оказаться я. И мне было приятно это волнение, хотя и становилось стыдно перед Элоизой.
Мы стояли так, кажется, целую вечность, вжимаясь друг в друга и глотая каждый судорожный вдох… И не знаю, когда смогли бы отстраниться, если бы не раздался стук в дверь. Я отскочила от Натаниэля как ужаленная. Наваждение спало, и стало почему-то очень стыдно.
На лице гранд-мэрша застыла ошалелая растерянность, но он хрипло ответил:
– Да-да…
– Гранд-мэрш… тут такое дело… – В кабинет сунулась голова одного из сэршев. Я не стала ждать, когда мужчины поговорят, просто пробормотала извинения и пулей выскочила из кабинета. Знала, что сейчас Натаниэль не станет меня останавливать.
Безусловно, нам нужно было поговорить. И о смерти Элоизы в том числе. Но не сейчас. Совершенно точно не сейчас.
