Фейри улыбнулся кривой усмешкой, сделавшей его еще привлекательнее, и сказал:
– И правильно. Молодец. Я уважаю тебя, Рина Флорейс.
– А если бы я не отстранилась, ты бы поцеловал меня? – спросила я лукаво.
– Да. – Он не стал отрицать. – Я же не железный. А ты очень красивая.
– Но тогда… – Я закусила губу, но Сильх понял меня и без слов.
– Я не хороший парень, Рина. Не лучше, чем твой Адам. Только сильнее и, может быть, удачливее. Мне сложно отказаться от возможности обладать красивой девушкой, особенно если о ней не может перестать думать тот, кто меня бесит.
Но… – Он помрачнел. – Иногда я думаю, что во мне слишком много от отца.
– В смысле?
– Я не умею любить. А ты, Рина, достойна того, кто тебя полюбит.
– Ты знаешь, иногда я тоже думаю, что не способна любить, – призналась я в ответ и поняла, что лукавлю. Поэтому добавила: – Точнее, моя любовь – это нечто такое… очень быстро проходящее. Совсем недавно я была уверена, что моя судьба – это Адам. А сейчас меня передергивает от отвращения, когда я его вижу.
– Нам всем нужно обжечься, чтобы начать лучше разбираться в людях.
– Значит, ты обжигался?
– Выходит, так…
– Тогда ты врешь, что не можешь любить. Ой, не смотри на меня так! – Я отмахнулась. – Не меня. Ты красив, как… – Я замерла, подбирая слово. – Точно. Ты красив, как долбаный фейри, и это сбивает с толку. Но мне ты нравишься как друг. Я тебя не обидела?
– Ты меня в очередной раз порадовала. А сейчас пошли? С этого урода станется.
Побежит докладывать мэршам, что в аудитории кто-то есть.
– Давай только на крышу, а не в комнату. Я не хочу оставаться одна. И боюсь…
– Адама не бойся, он больше не посмеет к тебе приблизиться. Поверь. Думаю, сейчас он осознал, что проиграл, и молится всем богам, чтобы этот инцидент не всплыл.
– А он не всплывет? – уточнила я.
– Это зависит только от тебя. Но я не стал бы ничего рассказывать.
– Почему?
– Потому что, если дашь огласку, он почувствует себя в своей тарелке.
Наврет своим родителям и твоим тоже, наймет адвоката и выставит все так, будто просто хотел поговорить, а ты неправильно поняла и психанула. Адам не дурак и быстро придет в себя.
– А если я не скажу?
– Он будет бояться, что его секрет всплывет. Пока он боится последствий, он не способен думать.
– А как только они наступят, начнет выкручиваться и преодолеет препятствие.
– Именно. Я же говорю: ты очень умная девочка, Рина.
