Я не привыкла жить по этому принципу и пока не была уверена, что хочу привыкать. Но было в этом нечто будоражаще-привлекательное. – Думаю, пора перестать рассчитывать на других. Мне кажется, это та проблема, которую мне предстоит решить самой.
– Ты хочешь лично встать на пути желаний короля?
– А ты предлагаешь заставить кого-то другого сделать это?
Мы с Зейной остались каждая при своем мнении. Но чем дольше я размышляла, тем увереннее приходила к выводу, что во всех своих бедах виновата я сама. Я не сумела сказать «нет» тогда, а значит, мне предстоит это сделать сейчас.
Только вот игнорировать неумолимый поезд под названием «Подготовка к свадьбе» было решительно невозможно. И я послушно жила жизнью вынужденной невесты, в промежутках умудряясь учиться и даже сходить на объявление очередного этапа. Адам решил, что хватит меня щадить, и следующим испытанием объявил бои. Я была азартной, но не идиоткой, и знала, что дальше не пройду. И даже не могла решить, буду ли участвовать.
Но дата следующего испытания стояла после нашей свадьбы, поэтому я решила подумать об этом позже.
Сейчас у меня мама, платья и энтузиазм короля, который придумал провести свадьбу в академии. По мне, ничего бредовее придумать было нельзя. Но, к счастью, я твердо решила не доводить это абсурдное действие до логического завершения.
Жизнь в академии текла своим чередом, и только я с замирающим от ужаса сердцем наблюдала за масштабными приготовлениями к свадьбе. Вчера привезли голубей и украшения для часовни, которая находилась в восточном крыле главного здания.
При виде этого розово-белого ужаса Грифониху перекосило. Она с сочувствием посмотрела на меня и поставила зачет сразу же, не задав ни одного вопроса, хотя я честно готовилась и сдала бы сама. Но и спорить с халявной галочкой в зачетной книжке не стала. К тому же зачеты у Гифонихи – не единственные, которые ждали меня в ближайшее время. Просто все остальные выпадали на дату после свадьбы, и про них я даже не думала.
Я была уверена, что вместе со свадьбой закончится и моя обычная жизнь.
То, что ждало меня потом, казалось далеким и не важным. Поэтому я отчаянно хотела избежать этого события. Самое страшное заключалось в том, что меня никто не слышал и слушать не хотел. Мама носилась восторженной белкой, подбирая платья подружкам невесты, папа днями пропадал на работе и нос в академию не казал. Натаниэль был в отъезде. Сильх бродил мрачный, нередко пьяный, и обещал, что не явится к алтарю.
