– Так это, если бы наш командир не был строгим, нас бы здесь уже не было, – повинно посмотрел на меня Баян.
– Он у нас самый лучший, – подлил елея его друг Якут.
– И руки у него такие сильные, теплые, – раз-задоренно улыбнулась мне Вика. – Мне так понравилось, когда он меня обыскивал… Командир, может, повторишь?
Расшалилась баба, замаслились ее глазки… Видно, что понравилась ей идея остаться с нами. Это у солдата заповедь – поближе к кухне, подальше от начальства. У женщин все по-другому.
Первым делом они стараются наладить связь с начальством, чтобы служилось легче. Не все, конечно, любовь свою да ласку предлагают, но это скорее исключение, чем правило. Возможно, Вика из хитромудрых. Да и с мужиками она, похоже, запросто. Насколько я понял из ее рассказа, она с четырьмя жила, одна. Не знаю, как ее делили…
– Все, ужин закончен, – решил я. – Повторяю. Ужин закончен… Пух, проводи гостей в их комнаты!
Теперь, когда мы могли охранять и оборонять блокпост целиком, нам не приходилось ютиться в одной комнате.
Под жилье мы использовали все три казарменных блока, я же устроился в офицерской комнате при штабной канцелярии в западном крыле здания. Туда же мы, кстати говоря, вернули пункт управления.
И даже гостиницу в порядок привели. В нее Пух и отвел гостей.
– Командир, зачем ты так? – спросил Шарп, когда в помещении остались только свои.
Якут промолчал. Ему явно не понравилось, что Вика повела себя вульгарно.
Она вешалась на шею ко мне, а ему самому хотелось быть с ней.
– А затем, что блудства здесь я не допущу! – отрезал я.
И чтобы наказать Шарпа за длинный язык, я решил отправить его на пост.
– Гостиницу будешь охранять. Ты и Баян с тобой. Но не изнутри, а со двора. И никаких бронетранспортеров. На входе будете стоять, как часовые у Смольного. Внутрь впускать только товарища Ленина, остальных гнать прочь.
И не выпускать никого. Ты первый, через два часа Баян тебя меняет. Вопросы?
Вопросов у бойцов не возникло. Баян отправился спать, а Шарп – охранять гостиницу.
Через час я решил проверить пост. Разумеется, у крыльца в гостиницу никого не обнаружил. Но винить в этом Шарпа не торопился."
"Это только в кино часовой в боевых условиях вышагивает по периметру с автоматом за плечом. Ну, в армии, в мирное время – это самой собой.
