Но именно ужас, в который повергал полковника мой вид, навевал мысль, что выгляжу я страшнее, чем сама смерть. Однако при этом я знал истинную причину, которая пугала Брыля. Он осознавал свою вину перед нами. Ведь это он отправил сюда нашу группу, на съедение волкам. И не только это…
– Я не хотел, чтобы ты меня обманывал. А ты меня обманул… Зачем ты сказал, что это генерал выслал своих карателей?
После того как парламентеры уехали, я допросил полковника и выяснил, что инициатива исходила только от него.
Это Брыль хотел всех нас уничтожить, это он отдал приказ штурмом взять психиатрическую больницу. И это из-за него погибли люди…
– Я хотел жить, – опустив глаза, сказал полковник. – И сейчас хочу…
– Кто бы сомневался.
– В подвале холодно…
– В могиле тоже. А ты хотел нас туда отправить.
– Я раскаялся.
Возможно, этот морально подавленный тип действительно верит в то, что сейчас говорит. Но я-то знал цену его словам. Стоит ему оказаться в прежней среде обитания, он снова обретет свои щегольские крылья, снова взлетит на высоту, откуда мы будем казаться ему жалкими червяками, разговор с которыми только один – давить, и никаких гвоздей.
"
"– Ну что ж, тогда останешься в этой солдатской форме, – немного подумав, заявил я. – В погонах рядового… Срочную служил?
– Пять лет в военном институте.
– Что-то не похоже… Тебе всего тридцать четыре года, – сказал я. – А ты уже командир бригады. Быстро вырос. Только не говори, что хорошо служил… Ты плохой солдат, Брыль.
Слабый, трусливый. И настоящей службы не знаешь. Придется исправлять… Помнишь, ты БТР нам выделил? С поврежденным двигателем. Его мы исправили. И тебя исправим…
Я не зря упомянул про БТР, поставленный на колеса исключительно нашими усилиями. Я распорядился выгнать машину за одни, ближние ворота, чтобы использовать его, как другие, дальние, разрушенные во время штурма. Одним боком бронетранспортер повернулся к проходу к земляном валу, а другим подпер закрытые ворота так, чтобы башня могла вращаться только под углом чуть более ста восьмидесяти градусов.
Близость ворот не позволяла развернуть пулеметную установку в нашу сторону, но при этом она могла простреливать обходной путь вдоль внутренней стороны обваловки, а также все доступное пространство со стороны патрульной дороги.
Машина была снабжена приборами ночного видения, но двигатель мог работать только на холостом ходу для того, чтобы давать тепло и электричество.
