Потом добавилось голосовое сопровождение в виде мычания и уханья. Ну и напоследок, когда ритм стал целостным и не сбивался, Виктор Палцени запел. Преобразованное в омолодителе горло могло выдавать такие рулады, что, когда он раньше пробовал, то сам заслушивался. А теперь, в яростной экспрессии и воодушевлении, получилось ещё лучше. Мотив соответствовал полностью мелодии хита. Слова почти те же, на галакто, только каждая вторая строчка пелась на местном языке и не мудрствуя лукаво звучала весьма кошмарно:
– Мы демоны, вселяющиеся в людей! Мы не пьём кровь, мы любим высасывать мозг!
О! Как эффектно звучало всё это с вершины скалы!
А воздействовало на разбойников ещё эффективнее, чем невидимые стрелы!
Очередная атака, к которой готовилось уже непонятно сколько человек, была отменена, и все злодеи отошли обратно в свой лагерь.
И уже там, с каким-то мистическим ужасом на лицах, просто замерли на местах и слушали.
Минут десять Виктор изгалялся, но потом ему это надоело. Перестал петь, командуя «музыкантам»:
– На счёт «три!» – полная тишина! Раз, два, три!.
. Уф… Ну вот… теперь посмотрим, что они станут делать…
Разбойники словно очнулись, и как-то лениво, хаотично стали передвигаться по всему пространству лагеря. Разжигали костры, передвигали и укрепляли навесы, обихаживали встревоженных лошадей. Но именно неопределённость в их действиях больше всего и не понравилась эмиссару:
– Ржавчину им в палисадник и чёрную дыру в голову! – ругался он с досадой. – Время уходит, а они никак не решатся спать завалиться! Уж лучше бы атаковали, зря мы их спугнули…
Тут же со своими предложениями влезли мэтры.
Они прекрасно поняли, что пока разбойники не успокоятся, Николаю Резецкому с позиции над тропой отлучаться нельзя. Тогда как уснувшие Лысые Вещатели требуют немедленного пленения с вытекающими оттуда допросами. Верёвка вниз уже была сброшена, и по предварительной задумке на плато должны были спуститься командир со Слишем.
Теперь же учитель боевых искусств предлагал сделать по-иному:
– Я туда с Форшем пробегусь! Легко и сами справимся! В крайнем случае, ты к нам позже присоединишься.
– А в пропасть не свалитесь? – засомневался эмиссар.
– Ещё чего! Она же чуть светится, вон, даже отсюда там что-то сквозь темень вроде как переливается. А уж под ногами у себя всяко рассмотрим… Да и не по самой кромке пойдём, а в метре от обрыва.
– А что с клопами? Они на вас не перебросятся?
– А у нас противоядие! Ну и постараемся всех до одного опять собрать.
