Мой взгляд отмечает не вашу привлекательность, а совсем иное: сидите, слегка сгорбившись, следовательно, у вас есть проблема с позвоночником, слишком бледный цвет лица свидетельствует о неких неполадках с сосудами, сеточка морщин под глазами…
Я схватилась за лицо.
— Все так плохо?
— Нет, нормально, — успокаивающе кивнул Антон. — Изменения соответствуют возрасту. Может, кое-кто и не разберет, сколько вам лет, но я могу сказать довольно точно. Для меня мои клиентки — всего лишь набор из мышц, костей, сухожилий. Предметом вожделения пациентка никогда для меня не станет.
Да и вообще посторонняя женщина. Даже на пляже! Там мимо дефилируют прекрасные нимфы в более чем откровенных купальниках, и на что обратит внимание обычный мужчина, не костоправ? Бюст, ножки, мордашка. А я думаю: «Вот бедняжка! Идет плечиком вперед, скособочившись, наверняка к вечеру у нее спина болит. Надо между лопаток дернуть, позвонок на место встанет, полегчает девочке». Ну, какой тут секс? Одна работа.
Я молча слушала Антона. У нас с Томочкой есть подруга, Зина Сельская.
Зинулька довольно долгое время была замужем за модным скульптором Костей Ларькиным, потом счастливый брак дал трещину. Однажды Зинуська, заливаясь слезами, принеслась к нам и с порога сообщила:
— Развод.
— Не руби сгоряча, — засуетилась Томочка.
— Он мне изменил, — захныкала Зина.
— Ты уверена? — спросила я.
— Стопудово, — зашмыгала носом Сельская. — Поймала их, голубчиков, на месте преступления. Пришла к Костьке в мастерскую в неурочный час, а там баба!
Томочка засмеялась.
— Зинуся, Костя скульптор, сама знаешь, он постоянно работает с женщинами, никакой опасности нет!
Зина нахмурилась.
— Ой, да знаю я! И если голая баба в его мастерской маячит, я совершенно спокойна, значит, Костька очередную фигуру лепит. Но та девка сидела совершенно одетая. Точно говорю: это измена, мерзкая тварюга окрутила Костю!
А теперь скажите, мои дорогие, у вас вызывает раздражение полностью одетая девушка рядом с вашим мужем? Наверное, потеряете самообладание при виде обнаженного тела около родного супруга.
Но для Зины, жены скульптора, все наоборот: обнаженка — это работа, а вот распивание чая с девчонкой, чья кофточка застегнута до горла, весьма настораживает. Это уже не ваяние «красавицы с веслом», а нечто иное, малоприятное для законной жены…
— Лиза просто пожалела Аню, — методично продолжал Антон. — У девушки заканчивалась карьера модели, ведь обычно манекенщицы востребованы в профессии мало — года два-три.
