По его замыслу, Гарпий должен был уничтожить Улиту, свиту Мефодия и убрать Даф. Мефодий остается один как перст. Тут уже Лигул, вмешавшись, отзывает Гарпия в Тартар. Буслаев же, без друзей и свиты, отданный самым бестолковым учителям, не только не станет повелителем мрака, но и до рядового стража не дотянет по своим возможностям.
– Вот сволота! – сказала Даф и тотчас прикусила себе язычок.
Для выпускницы эдемской школы она позволяла себе слишком крепкие слова. Шмыгалка упала бы в обморок, если только… если допустить, что она сама в душе никогда не произносила чего похлеще.
Мамзелькина перевернулась на бок и не без грации поместила руки под щеку.
– Давно не леживала. Все больше других укладывала. Оно, оказывается, и славно, полежать-то! – поделилась она. – А теперь слушайте! За ваши головы сегодня к вечеру будет назначена награда. Мир лопухоидов не самое подходящее место. Он велик, но в нем не спрячешься. Комиссионеры повсюду. Эдем и Тартар тоже отпадают по ясным причинам. Эдема вы не заслужили, в Тартар же особенно торопиться не стоит! Остается только одно место, где вас не сразу догадаются искать.
– Какое? – спросил Мефодий.
– Лысая Гора. Комиссионеры туда без большой нужды не суются. Эйдосами там не разживешься, да и маги не любят, когда лезут в их дела. К тому же тут еще одна причинушка есть, зачем вам надо на Горку-то Лысую.
Аида Плаховна захихикала. Смех у нее был мелкий, как пересыпающийся горох.
– Если хотите Ареюшку выручить, чтобы он меня, старую, и дальше медовушкой радовал и старость трудовую мою скрашивал, узнайте тайну Лигула! – посоветовала она.
Даф подалась вперед.
– Какую? – нетерпеливо спросила она.
Глазки у Аиды Плаховны сразу стали узкие, как две амбразуры, из которых бил жуткий, неземной свет.
– И-и, девочка моя светлая, кто много знал, тот давно уж на косу ко мне прыгнул!.. Да только я и сама о косу свою порезаться не хочу… – запела она со скрытой угрозой.
Даф поспешно отвела взгляд, и старушка немного успокоилась.
– Откуда ж я знаю, что за тайна у Лигула? – заскрипела она уже миролюбивее. – Да только непременно такая должна быть. Уж очень он почему-то Лысую Гору не любит. Как о Лысой Горе кто заговорит, так и передернется сразу. А ведь ежели разобраться, гробики мои нефасованные, и пострашнее Лысой Горы местечки есть. Говорят, будто в молодости Лигул провел на Лысой Горе несколько лет.
Старушка поправила под головой рюкзак и задумчиво уставилась в потолок.
