На самом деле, я не припоминаю, чтобы она вообще когда-либо попадала в неприятности. – Мама вздохнула. – У нее наконец-то появилась социальная жизнь, она завела друзей. Неправильно будет отнимать это у нее.
– Я совершенно согласен, – поддакнул Коул, натягивая обувь. – Могу вас заверить, ваша дочь – очень хорошая девочка.
Этой двусмысленной репликой, сказанной перед моим отцом, Коул будто говорил: «Прикончите меня прямо сейчас».
– Не мог бы ты уже убраться?! – завопил папа.
Коул наклонился, чтобы меня поцеловать, но папа громко откашлялся.
– Я позвоню тебе позже, – сказал Коул, направившись к окну."
"– Нет, не позвонишь, – возразил папа. – С сегодняшнего дня у Сойер нет телефона.
Да он не в себе.
– Я плачу за свой телефон. Ты не можешь забрать его.
– Мой дом, – прорычал папа. – Мой телефон!
Это совсем не так работало.
Я повернулась к маме.
– Мама, сделай что-нибудь. Твой муж ведет себя, как псих. Совсем скоро он запретит мне ходить в школу и на работу.
Отец указал на окно, из которого наконец-то вылез Коул.
– Что ж, если ты собираешься и дальше встречаться с этим парнем, можешь попрощаться и с этим тоже.
Я была уверена, что в моего отца вселился демон.
– Ты вообще себя слышишь?
– Ты не заберешь у нее телефон, Дэн! – крикнула мама. – И ты не запретишь ей ходить в школу или на работу. Что, черт возьми, на тебя нашло?
– Этот мальчишка… – начал было кричать папа, но мое терпение лопнуло.
Я не припоминала ему то, что он сказал Коулу тогда, ведь это было слишком больно.
– По крайней мере, этот мальчишка не стоял на лужайке перед домом и не называл твою дочь толстой за ее спиной, как это сделал ты.
У мамы отвисла челюсть. Папино лицо пронзила боль.
– Я не…
– Я слышала, что ты ему говорил. Я слышала каждое слово. – На глаза навернулись слезы. – Я ожидала этого от мамы… но ты? Господи, папа. Ты сделал мне очень больно.
Теперь он выглядел виноватым.
– Сойер, ты же знаешь… Я считаю тебя прекрасной.
Ложь. Это все ложь.
– Ага, прекрасной для толстухи.
– Я не это имел в виду.
– Тогда что ты имел в виду? Поскольку то, что я слышала, звучало так, словно ты не думаешь, что такой парень, как Коул, может быть заинтересован в такой толстой девчонке, как я.
– Я просто пытался защитить тебя, милая.
– От чего? От кого-то, кто поставил тебя на место, когда ты был не прав? От кого-то, кому действительно на меня не плевать?
Его челюсть напряглась.
– Не думаю, что ему не плевать.
