«Сколько лет прошло? — мысленно осведомился он, хотя и так точно знал. Ничего не забыл и не собирался. — Шестьдесят годков, твою мать! Шестьдесят! А будто вчера вместе играли в песочнице, а потом лет в пятнадцать обжимались за сараем, боясь, что заметят взрослые. А потом…»
— Папа, — позвал его сын. Взрослый. Красивый. В синем костюме от Армани и с жестким взглядом голубых глаз. Вместе с коротким ежиком черных волос и стальной хваткой — взрывоопасный коктейль, делающий Егора Легатова неотразимым.
«От девок отбоя нет, — про себя поморщился Илья Семенович.
— Вон и архитекторша даже мямлить перестала, во все глаза смотрит».
— Пап, — повторил Егор. — Что ты думаешь по поводу складов? Где расположим? Оставим наш вариант или согласимся с архитекторами?
— Ближе к производству, — лениво усмехнулся Легатов. — Желательно под одной крышей. Егор, ты же давал задание…Почему снова возвращаемся к этой теме?
— Мы хотели как лучше, — проблеяла архитектор.
Легатов отмахнулся, не желая объяснять, что вот эта самая фраза, всегда бесившая его, признак некомпетентности.
А дураков Илья Семенович не любил и не терпел. Он перевел взгляд на сына, внутренне раздражаясь, что его оторвали от раздумий о Дине.
«Стараться забыть кого-то — значит все время о нем помнить, — пронеслась в голове цитата Ремарка. И снова увидел лицо Дины. Теперь уже взрослой девушки. Тонкая изысканная красота. Жаль, что досталась другому».
— Я хочу, чтобы проект полностью соответствовал нашему заданию, — устало вздохнул он и уже собрался сделать девице замечание, но пожалел.
Перевел взгляд на ее начальника, красного и потного мужика, и пробурчал недовольно:
— У нас сроки. Я не позволю их сорвать…
Тот попытался что-то возразить, когда в кармане Легатова зазвонил сотовый.
«Не зря я о Диночке думал, — хмыкнул про себя старик. — Вот она и позвонила. Мысли материальны».
— Да, — сдержанно бросил в трубку и отошел к окну, всем своим видом показывая, что звонок очень важен.
Но абонент замешкался.
— Да, Дина, — обеспокоенно повторил он.
Не в ее привычках молчать в трубку. Да и звонить ему тоже. По пальцам одной руки можно пересчитать ее звонки.
— Дядя Илья, — хрипло произнес похожий на Динкин голос. Но другой, совершенно другой. — Это Оля Тарасова. На маму напали в подъезде. Сейчас в больнице.
— Что? — рыкнул Легатов. — Она жива?
— Да, — пробормотала Ольга, — жива, только переломы обеих ног и одной руки. И сотрясение мозга средней тяжести. Она просит, чтобы вы срочно приехали.
