Можно по пути на пляж зайти в джелатерию, а на обратном — во французскую кондитерскую.
— Так и сделаем, — подмигнул Егор.
Ждать Настю пришлось не долго. Кайман прошелся по коридору, остановился около окна, выходящего во внутренний дворик. До пожара позволялось гулять только здесь. Но сейчас на вытоптанных пожарными клумбах валялся стройматериал и стояли бочки с краской для обновления фасада, покрытого небольшими подпалинами. Лишь около одного окна зияли черные пятна. Пламя рвалось именно отсюда.
— Какому дураку пришло в голову поджигать хранилище? — мысленно поморщился Егор. — Все равно пробирки с материалами содержатся в холодильниках. А их хрен подожжешь.
Он вспомнил заверения самого Линника, что пожар возник из-за короткого замыкания и кроме некоторых мелочей, ущерба нет."
"«Вечно я во всем ищу злой умысел, — мысленно усмехнулся он и задумался о сегодняшней перепалке с женой. — Ну ладно, она тут сидит совсем одна. Плюс еще изматывающие процедуры.
То кровь берут на анализ, то капельницу ставят. Конечно, у Насти нервы на взводе, вот и напридумывала всякой всячины. Но ты-то, Егор Ильич, что же ты не сдержался? Просто опешил из-за Гуляевой, — сам себе пожаловался Кайман. — Это ж надо такое придумать? Я что, в глазах Настьки на полного идиота похож, чтобы на Табуретку кидаться?»
Егор почувствовал брезгливость только при одном упоминании об Оксане Гуляевой.
«С другой стороны, если жена просит и эта просьба тебе ничего не стоит, — попенял он себе, — почему бы и не исполнить.
Не бриллиантовое колье она потребовала», — мысленно хмыкнул он и быстро набрал сообщение для Мирошина:
«Гуляеву уволить. Сегодня. Выплатить два оклада».
Оксана и сама не поняла, почему ее уволили в одночасье. Новость об увольнении застала ее в тире. Она тренировалась вместе с Патрикеевым и даже ни разу не промазала. И уже ждала, что он бросит какую-то похвалу типа «сегодня ничего» или фыркнет довольно и не станет изводить ее придирками.
Размечталась! А когда у Патрика зазвонил сотовый, даже не придала значения.
— Шеф, — хмыкнул ученице Костик, выскакивая на улицу. А вернулся удовлетворенный, будто мартовский кошак, обилетивший всех кошек в округе.
— Поздравляю, Гуляева, — рассмеялся гадко и добавил радостно: — Ты уволена. Митрошин велел сразу на завод ехать за расчетом и документами.
