Настя что-то пробормотала в ответ, сдаваясь на милость победителя, а затем растворилась в потоке захлестнувших эмоций, когда с каждым толчком внутри сердце рвалось наружу.
Глава 17
— Что такое утро? Это сиськи, крепкие сисяндры над глазами … — пропел Кайман, усаживая жену на неутомимого Егорку. Прыткому молодцу не терпелось вновь кинуться в бой, еще и еще раз подтверждая, что трах с Настькой оказался первоклассный.
Егор провел ладонями по бокам жены и подначил любовно:
— Ну давай, Насюш!
Анастасия Васильевна Легатова, хищно улыбнувшись, уперлась пятками в бедра супруга.
Заерзала, вбирая в себя Егорку. Кайман почувствовал, что сейчас задохнется от возбуждения, или все закончится скорострелом, стоит Насте еще подвигаться на нем. Два идеальных шара, моментально покрывшиеся гусиной кожей, запрыгали из стороны в сторону. Он попробовал поймать губами сосок, но, не выдержав, перевернул жену на спину. Навис над ней.
— Ты изумительная, Насюша, — пробормотал ей на ухо и, подхватив ее ноги под колени, принялся вбивать Егорку в нежную плоть.
— Хорошо быть женатым человеком, — заявил он, когда пришел в себя и когда смог выпустить из своих объятий Настю. Кайман откатился на другую подушку, но тут же потянул жену за руку. Она моментально устроилась у него под боком, положила голову на грудь и провела остренькими коготками около пупка.
— Почему? — тихо осведомилась она, приподнявшись на локте.
— Трахаться можно когда угодно, никто и слова не скажет, — довольно хмыкнул он.
— А то тебе все мешают, — фыркнула она и уже собралась запустить пальцы ему в волосы, как звонок сотового нарушил волшебный момент, а потом и перепоганил все утро.
— Да, мам, — лениво пробурчал Егор и тут же как ужаленный подскочил на кровати. — Что? Где он? Мы сейчас приедем! — Затем долго слушал причитания Бэллы и добавил успокаивающе: — Мама, я разберусь. Не волнуйся, пожалуйста!
И откинув трубку в сторону, рыкнул нетерпеливо:
— Собирайся, нам пора!
— Что произошло? — поинтересовалась она, подлетая к нему.
— Что случилось, Егорушка?
Но муж холодно отстранился и бросил раздраженно:
— Папа в больнице. Инсульт. Мама с ним. Сразу туда поедем, — и добавил, как для дурочки: — В душе долго не плескайся, времени мало.
А сам, напялив махровый халат, сунул в рот кусок недоеденной с вечера булки и босиком выскочил на балкон.
Из-за приоткрытой двери донеслись обрывки разговоров. Но Настя, мало прислушиваясь к беседе, непредназначенной для ее ушей, прошла в душ и включила воду.
