И тогда легион лезет наружу, выворачивает ближайшие плиты и землю, своими тёмными лапами цепляясь за края. Им не нравится солнечный свет, но они всё равно успевают хватать ближайших солдат. Испорченные тени утягивают людей под землю и ломают им кости, протаскивая в свои слишком узкие норы. Хаос, крики ужаса, приказы, звук битвы уходят на задний план. Я не могу понять, кто с кем сражается, потому что перед глазами всё начинает плыть. Слышу голос Даяна, он что-то говорит, однако все слова кажутся незнакомыми и смазанными.
Меня окутывает знакомый запах океана, и он напоминает мне, что…
Я не могу умереть.
– Снимите их, – тихо хриплю я ближайшим демонам, протягивая запястья, скованные жгутами. Сочащаяся изо рта кровь мешает связно говорить, но они все же оборачиваются. – Снимите их.
Демоны скалятся, подходят ближе.
– Снимите их! – приказываю я, тянусь в поисках нашей связи, но они не слушают, а у меня слишком мало времени.
– Снимите их, а взамен… я скрою солнце.
Такая сделка легион устраивает, и теперь они готовы помогать.
Самый большой демон вгрызается в металл между моими запястьями. К нему присоединяются ещё несколько, а потом ещё и ещё. Они соединяются в одну большую тень какого-то немыслимого существа и тянут, пытаясь освободить меня. Когда металл поддаётся, я заваливаюсь на спину, голову заполняет какофония криков, боли, ярости моей и чужой. Я тяну к себе все тени, что прячутся под домами, кустами или деревьями. Опускаю сумерки на площадь, как и обещала. Кровотечение останавливается, я прекращаю давиться собственной кровью и мне становится легче дышать, но сердце продолжает биться гулко и нервно, а слабость настолько сильная, что вся земля качается, пока я предпринимаю тщетные попытки сесть.
Тёплая рука поддерживает мою спину, и я приваливаюсь к чьей-то груди.
– Ойро, – тепло от голоса Рушана обволакивает меня среди этого хаоса из криков и проклятий, мерзкого шипения и плача.
Демонов становится больше. Клетус беспрерывно силится разогнать сумерки и тварей своим светом.
Тьма и свет сражаются, не желая уступать. Даян рубит и демонов, и солдат на своём пути, намереваясь добраться до Демьяна, но тот уклоняется, стараясь уйти от меча брата. Я поворачиваюсь к Рушану и хватаю его жгуты. Он хочет остановить меня, но я знаю, как это делать. Металл не успевает срастись с моей кожей, рука чернеет раньше. Я стягиваю жгуты и отбрасываю в сторону. Первым делом Назари крепко обхватывает меня обеими руками, прижимая к себе.
