Мы проверили границы, разогнали стайку бактеров6[Нечисть размером с ладонь, очень похожая на синюю белку, обожает заводить путников в болото и топить там. Укус вызывает галлюцинации,] и уже собирались возвращаться к подъемнику, как произошло неожиданное.
Всему виной моя невнимательность. В какой момент я стала так самоуверенна, что допустила ошибку? Почему не просчитала последствия? Можно думать об этом сколько угодно, но факт остается фактом: я совершила ошибку и тут же за нее поплатилась.
И хверс меня дернул подходить к краю обрыва! Здесь находилась защитная граница Разлома, за которой было так называемое дно чаши.
Место, где водилась самая злобная, опасная и жуткая нечисть. Туда имели право спускаться лишь пятикурсники и то в сопровождении старших магистров, имеющих соответствующий допуск.
Услышав злобный рык, который доносился из затянутого туманом дна, я подошла к самому краю, пытаясь хоть что-то рассмотреть, и… в общем, позорно поскользнулась, приземлившись на мягкую точку. Но это было не самым страшным.
Влага и мягкая почва сделали свое дело. Земля подо мной задрожала, затряслась, а потом обвалилась, утягивая вниз, на самое дно обрыва.
– А-а-а-а-а-а! – только и успела выкрикнуть, заскользив по сырой земле как по скользкой ледяной горке.
Даже схватиться за кустарники, которые росли на краю, не смогла.
Спуск был ошеломляющим и головокружительным. И далеко не приятным. Мне в лицо летели куски грязи, ветки деревьев, какие-то листья, трава, мох, снова грязь и липкая глина.
Пару раз я наскочила на какие-то камни, врезалась в корягу коленом, раза три кувыркнулась, окончательно извозившись в грязи, пока, наконец, не остановилась.
– Геррос! Геррос, ты жива?
Я не то, что отвечать, говорить не могла. Тело ныло и болело. Грязь, мох и лишайник попали в нос, горло, уши и залепили глаза.
– Геррос!"
"Выплюнув траву, я вытерла веки и только потом проквакала через силу:
– Жива!
Не знаю каким чудом, но им удалось меня услышать.
– Стой на месте, выставь защиту. Мы уже идем! Держись!
– Держусь, – буркнула в ответ, продолжая отплевываться от грязи.
Можно было применить бытовое заклинание, ведь кое-что я все-таки могу. И от грязи очиститься совсем не сложно, если бы не одно маленькое, но весьма весомое «но». Магия здесь, на самом дне Разлома, смерти подобна. С таким же успехом можно вскрыть себе вены и пустить кровь, призывая хищников. Учуют и сожрут!
Кстати, по поводу крови… Продолжая сидеть в грязи, я быстро себя осмотрела.
