И что мне теперь делать? Я никогда не подергалась воздействию этого препарата, но видела, как он действует, люди начинают болтать, обо всем, что знают. Правду.
— Это яд?! — испугалась глупышка Тиффани. — Отпустите меня! Я ничего не сделала!
— Это не яд, — встрял «добрый» Дункан, — это средство для допросов.
— Зачем?! Не надо! — задергалась я, когда полковник прижал инъектор к моему плечу прямо через мокрый рукав платья.
— Вот так, — протянул он, — скоро подействует. Считай от ста до одного, — приказал он, — я испуганно всхлипнула, намеренная играть роль до последнего, — живо!
— Сто… девяносто девять… девяносто восемь…
Я считала, а троица не сводила с меня глаз.
Что должно было происходить? Я ничего не чувствовала, ну совершенно ничего.
В этот момент Хеннеси позвонили, и он ушел, сказав, что подойдет позже. Остались только полковник и вице-адмирал.
Я досчитала до пятидесяти, но ничего так и не произошло. На меня не действует знаменитая «сыворотка правды»? Быть такого не может, испытания доказали, что не родился еще человек, на которого она бы не подействовала.
Но что тогда?
И тут меня осенило. Это же как алкоголь! У меня особенность организма — я очень долго не пьянею. Но ведь потом пьянею все равно… А это значит, что «сыворотка» подействует, но позже, и моя задача убедить их закончить допрос до наступления момента, когда мне захочется откровенничать.
Я растянула губы в улыбке, пытаясь припомнить, как вели себя люди под воздействием препарата.
— О, — обрадовался Кокс, — подействовало.
— Тринадцать… двенадцать…
— Достаточно, — прервал он меня. — Твое имя.
— Тиффани Гиббс.
— Дата рождения.
— Пятое мая две тысячи шестьсот первого года, — отчеканила я данные из досье Тиффани.
— Зачем вы прибыли на Эйдану?
— Почтить память отца Энтони, — продолжала я, как робот.
— Вы работаете на вражескую разведку?
— На кого? — запуталась я. Кто же его учил так задавать вопросы?
— Лондор? Земля?
— Нет, — я все еще изображала непонимание. — Тони работает тренером у вас в штабе, я вышиваю, — я хихикнула и теперь испугалась по-настоящему, потому что смешок вырвался непроизвольно, кажется, препарат начинал действовать.
— Вот видишь, — тем временем, вмешался Дункан. — Да ну тебя, придумал теорию заговора. Годы работы в Службе Безопасности не проходят даром.
Кокс заскрипел зубами.
— Годы работы СБ выработали у меня чутье, — прорычал он. — Я уверен, что с Гиббсами что-то не так. Если они вообще Гиббсы.
— А кто? — едко поинтересовался вице-адмирал.
