А ведь если не подливать масло в огонь, он сам по себе прогорит и потухнет, не так ли?
Таким образом, решив, что мне не о чем беспокоиться, кроме как некоторое время себя контролировать, я покинула утром каюту с легким сердцем и отправилась к капитану, как мы и договаривались накануне.
Он открыл дверь после первого стука. Ждал или просто не был занят?
— Привет, — я дружелюбно улыбнулась и тут увидела Хряща, нагло восседавшего прямо в центре хозяйского стола. — О! А я-то думаю, чего это мой сожитель не пришел ко мне ночевать.
— Ах, вот оно что, — Тайлер остановился как раз между мной и котом, скрестив руки на груди, и одарил нас обоих по очереди таким взглядом, будто только что застал на месте преступления. — А-то думаю, чего он больше не появляется у меня по ночам. Нашел компанию получше, а, предатель?
Хрящ не выразил по этому поводу угрызений совести, лениво зевнул, положил голову на передние лапы и отвернулся.
— Хе-хе, — прокомментировала я. — Сцена ревности не удалась.
— Ага, — Александр скорчил оскорбленное лицо, хотя прекрасно видела, что его глаза смеются.
— Ему даже не стыдно.
— А что, — я подошла к столу и погладила кота по лоснившейся черной шерсти, — как истинный мужчина, он предпочитает спать с женщиной. Правда, Хрящ? — котяра довольно замурчал, и я сочла это согласием. — Вот видишь? — я победно вздернула подбородок.
— Сговорились, — вздохнул Тайлер. — Ты присаживайся, — вспомнил он о своей роли хозяина кабинета, — я, кажется, обещал тебе кофе, если ты придешь с утра.
— И покрепче, — напомнила я. И хотя я великолепно выспалась, кофе с утра — это то, что доктор прописал.
Пару минут Тайлер гремел чашками, потом поинтересовался, кивнув в сторону нагло задремавшего Хряща:
— И давно он ночует у тебя?
— Почти сразу, как я здесь появилась, — призналась я. — А что? Я думала, ты не против, что он ходит, где хочет.
— Не против, — подтвердил Александр, — просто удивляюсь. Раньше чаще всего он спал у меня, иногда ночевал то у одного, то у другого, но чтобы постоянно у кого-то конкретного, это впервые.
Ты ему понравилась.
— Должна же я хоть кому-то нравиться.
— Ах, прости, забыл, ты же злобная землянка, ты никого не любишь, и тебя, соответственно, все терпеть не могут, — съязвил Тайлер.
Сначала я хотела оскорбиться, но потом поняла, что он просто подтрунивает надо мной за мое поведение на судне в первые дни.
— Между прочим, ты попала в точку, — продолжал Александр, — он не лондорец.
