Я провожаю взглядом ее голые ноги, обнаженные через разрезы, идущие по обеим сторонам платья и заканчивающиеся высоко на бедрах. А там, пристегнутый и выставленный на всеобщее обозрение, лежит ее серебряный кинжал с закрученной рукояткой в тон одежде.
Серебристые волосы стянуты в свободный пучок на затылке, колечки падают на спину и вокруг лица, так и манят провести по ним пальцами, заправить за уши.
Все ее тело окутано тьмой, окутано ночью. Я молча благодарю Чуму за то, что она одета в другое, темное одеяние, потому что я не хотел бы, чтобы она слилась с толпой.
Не хотелось бы, чтобы она затерялась в толпе.
Не то чтобы у нее раньше были такие проблемы.
Не то чтобы у меня раньше были проблемы с ее поиском.
Одного взгляда на нее, одетую в черное, достаточно, чтобы ослепнуть, чтобы не видеть ничего и никого, кроме нее.
Ее ноги скользят в прорезях платья, когда она спускается по лестнице, кинжал хорошо виден. Сотни глаз следят за каждым ее движением, и я вдруг начинаю ревновать ко всем остальным, которое могут наблюдать за ее присутствие вместе со мной.
Она не встречает моего взгляда, и впервые с тех пор, как я встретил ее в том переулке, я думаю, что это самое трусливое, что она когда-либо делала.
Она боится. Боится того, что между нами. Она всегда боялась. Поэтому она предпочла стать моим врагом, соперницей, а не позволить себе чувствовать, к чему я сам не привык.
Я виню ее за это. Виню в том, что она взломала мою тщательно созданную маску, разбила ее вдребезги, когда она рядом.
Я никогда не чувствовал так много, никогда не боялся так много. Но если я должен терпеть последствия, которые влечет за собой чувство к ней, то и она должна терпеть.
Между нами словно ощутимая связь, эта всепоглощающая связь.
Я заставляю ее встретить мой взгляд, и когда это происходит…
Искры.
Электричество.
Все прекрасное, все смелое, все захватывающее дух — вот что я чувствую в ее взгляде.
И это, и ужас. Ужас от того, что она делает со мной.
Она — видение, кошмар, сон.
Мрачный жнец, облаченный в черное, пришедший украсть мою душу и мое сердце.
Я никогда не видел ничего столь прекрасного, столь дерзкого, столь вопиюще неправильного для меня.
Она — дьявол.
Она — божество.
Она — падение человека в человеческом обличье.
Она — моя погибель.
Затем ее взгляд перемещается на Китта.
Связь обрывается.
И я остаюсь с чувством пустоты, помимо ревности, растущей внутри меня.
