Слова Кая звучат в моей голове, за ними следует идея.
Я подхватываю с земли камень, который, скорее всего, и был причиной моей боли в плече, и сжимаю его в кулаке. Она снова начала бросать в меня предметы, и пока я уклонялась, уворачивалась и перекатывалась, мои пальцы нащупали нож, лежащий в кольце вместе с несколькими другими видами оружия.
Одним быстрым движением я отвожу руку назад и метко бросаю нож ей в лицо, а затем швыряю камень. Она останавливает все и лениво поднимает руки, чтобы остановить нож и камень до того, как они встретятся с ней, забавляясь тем, что это лучшее, что я могу сделать.
Или ей так кажется.
Поскольку она полностью сосредоточена на остановке предметов в воздухе, я не теряю времени. Я хватаю ее за туловище, и мы падаем в грязь. С хрипом воздух вырывается из ее легких, давая мне несколько секунд, прежде чем она сбросит меня с себя.
Но это все, что мне нужно.
Речь шла не о победе, а о том, чтобы доказать свою правоту. Доказать себе и всем, кто смотрит, что я все еще представляю угрозу.
Неважно, есть у меня сила, как у них, или нет, я найду способ причинить им боль.
Мой кулак врезается ей в челюсть, отбрасывая голову в сторону. Она, вероятно, не знакома с болью, сопровождающей удар, не знакома с людьми, которые подбираются так близко, чтобы даже попытаться это сделать. Она ошеломлена. Я наношу еще один сильный удар в ее маленький идеальный нос и наблюдаю, как из него хлещет кровь. Я снова поднимаю кулак…
Но она наконец-то пришла в себя.
С воплем она подбрасывает меня в воздух, как тряпичную куклу.
Я ударяюсь о твердую землю и снова смотрю в звездное небо, задыхаясь.
Я слышу, как она вскрикивает от досады, вероятно, потирая больную челюсть и зажимая окровавленный нос. Судя по звуку ботинок, сердито удаляющихся в сторону, она спешит к Целителю, не желая показываться с повреждениями на своем безупречном лице. Тем более что это я их ей нанесла. Она не посмела бы показаться раненой Трущобнице.
Я слышу, как по залу разносятся аплодисменты, одобрительные возгласы и растерянная болтовня.
На моих губах появляется улыбка, и я не успеваю опомниться, как уже трясусь от смеха. Я не могу сдержать смех, который вырывается из меня, пока я лежу, растянувшись в грязи.
Может быть, я и проиграла матч, но это Блэр потеряла свою гордость.
Глава 40
Кай
Я очнулся на краю горы.
Горы Плюммет.
Я знаю это только потому, что уже бывал здесь с отцом, случайно побеждая страхи и тому подобное.
Но я не один.
