Через несколько мгновений я стою на коленях рядом с ней, ее грудь едва вздымается от неглубоких вдохов. Я достаю из коробки мазь и обнаруживаю под ней иголку и толстую нитку для зашивания ран. Я снова начинаю смеяться.
Невероятно. Чертовски невероятно.
Я осторожно выливаю немного темной жидкости на чистый уголок оставшейся рубашки. Будет больно, поэтому удобно, что она без сознания, когда я прижимаю ткань к ране, позволяя мази просочиться в рану. Медленно я прохожусь по порезу, наблюдая, как замедляется поток крови.
Я прижимаю ткань к особенно глубокой части раны, и ее глаза распахиваются, а рука летит к моему лицу.
Проклятье.
Ее пощечина шокирующе сильна для той, кто только что был в опасной близости от встречи со Смертью. Моя голова все еще повернута в сторону от шока и удара, но медленная улыбка растягивает мои губы.
— Ай… — Я наконец-то смотрю на нее, и на меня смотрят дикие голубые глаза. Она задыхается, явно смущена. — Это так ты благодаришь меня за то, что я спас тебе жизнь? — Я осматриваю ее лицо, с облегчением замечая, что на ее щеках уже появился румянец, а глаза снова сверкают знакомым огнем.
— Это я должна сказать «ай». Что это, черт возьми, такое? Жжет. — Она тяжело дышит и вся дрожит. Ее глаза перебегают с чистой раны на мазь, все еще зажатую в моей руке. Потом она пытается сесть. Это хорошее усилие, несмотря на то, что она хрюкает от боли.
— Полегче, дорогая. — Я кладу руку на ее неповрежденный бок, впиваясь в изгиб ее талии, и медленно прижимаю ее спиной к лесному полу.
— Ты можешь шлепать меня сколько угодно, когда вылечишься, но до тех пор старайся держать руки при себе.
— Как я жива? — Ее голос настолько тих, что ее вопрос почти заглушается стрекотанием сверчков, окружающих нас. Ее глаза устремлены в небо, не смея взглянуть на меня."
"— За это мы должны благодарить Брэкстона. — Я беру флягу с водой и подношу к ее губам. — Пей. У тебя обезвоживание. Хотя ты очень забавна, когда бредишь.
— Она смотрит на меня, когда я опрокидываю флягу обратно, позволяя ей жадно глотать воду. Она выжидающе смотрит на меня, и я, вздохнув, поясняю: — Брэкстон навестил меня немного раньше, и он, должно быть, выронил мазь, которую нашел во время нашего боя. — Я вздыхаю. — И я сомневаюсь, что он очень рад этому, ведь он мог бы использовать ее для себя.
Она отталкивает мою руку, отказываясь пить дальше, пока не получит ответы.
Упрямая, маленькая штучка.
