Мне скучно во время кровавого Испытания.
И тут что-то мелькнуло, сверкнув в уголке глаза. Я поворачиваюсь к нему, под ногами хрустят листья. У меня чуть не открывается рот от того, что находится не более чем в тридцати ярдах от меня."
"Глубокий бассейн с хрустальной водой искрится в лучах солнца, слегка подрагивая на теплом ветерке. Приветливо и чудесно. Я моргаю. Я не видела этого бассейна, когда сидела на дереве и вела разведку. Но опять же, сверкающая вода окружена деревьями, почти поглощена листвой вокруг.
Я практически спотыкаюсь, когда спешу к ней.
Вода. Вода. Вода.
Я так хочу пить, так жадно глотаю как можно больше. Потом развести костер, приготовить кролика и…
В воде что-то плещется.
Теперь я гораздо ближе, солнце не так слепит, отражаясь от прозрачной поверхности, и я могу разглядеть очертания сверху. Очертания человека. Я крадусь вперед, вытаскивая лук из-за груди и сжимая его в кулаке.
Фигура не двигается.
Фигура с грязными светлыми волосами, прилипшими к загорелому лбу.
Фигура с такими же стеклянными зелеными глазами, как и у короля, не отрываясь смотрит в голубое небо.
Из моего горла вырывается придушенный крик, от которого птицы разлетаются по деревьям вокруг меня.
Китт.
Он мертв.
Я задыхаюсь, спотыкаясь о край бассейна. Я могу ненавидеть его отца и королевство, которым он однажды станет править, но это не значит, что я хочу видеть его мертвым. Эта мысль поражает меня, учитывая, как сильно я жажду такой участи для короля, который так похож на него.
Но что, если на этом сходство между ними и заканчивается? Что если есть надежда на то, что принц выйдет из тени своего отца, пойдет по его стопам и произведет перемены в своем королевстве?
Я заставляю себя встретить его блестящий взгляд, в котором я теперь вижу только потенциал принца, а не присутствие его отца. Эти некогда веселые зеленые глаза больше никогда не зажмурятся от смеха. Вместо этого они смотрят в пустоту, широкие, тусклые, лишенные жизни. Кривая ухмылка больше никогда не украсит его губы.
Вместо этого его рот сжался в тонкую линию — синюю, зацелованную холодом смерти.
Я прыгаю в бассейн, желая вытащить его из этой водной смерти.
Вместо этого мои ноги упираются в твердую землю.
Мои кости запели от удара, казалось, что они вот-вот треснут от силы.
Я моргаю от боли, но это нисколько не помогает прояснить мое замешательство. Под моими ногами вдруг не оказалось ни лужи, ни Китта, замершего на ее поверхности.
