Никогда Марина не проявляла внимания к мужу, не говоря о страстных поцелуях!
Однажды в конце декабря 2002 года мы с сыном оказались свидетелями жуткой сцены. Нас было четверо в комнате: Марина, Александр и я с сыном. Их ребёнок Анатолий находился в комнате этажом выше. У Александра сильно болела спина. Он сидел на полу, вытянув ноги и прислонившись к стене. Литвиненко постанывал. Марина неожиданно взорвалась и заорала на него диким голосом:
«Заткнись! Я сказала — заткнись!»
И, обратившись ко мне, внезапно произнесла:
«Тебе вот повезло, тебя увезла скорая!»
Несколько недель ранее меня действительно скорая помощь доставила с одной из станций лондонского метро в госпиталь.
Причина того заболевания для меня так и осталась непонятной.
После этих слов Марины Александр постарался как-то разрядить обстановку и жалобно произнёс:
«Ну что же мне тоже нужно доползти до метро и лечь на рельсы?»
И здесь уже Марининой ярости не было предела. Она истошно закричала на мужа, чтобы тот замолчал и отползал по лестнице в свою комнату этажом выше.
Она заявила, что уже позвонила русскому доктору и на следующий день его примут. Для нас с сыном всё это выглядело ужасно."
"Беспомощный человек, в полном смысле со слезами на глазах, просил о помощи. Но ждать её было неоткуда. Мы были ошарашены, быстро попрощались и ушли от них.
В январе 2003 года Литвиненко, чтобы сгладить впечатление, пригласили нас на пельмени по случаю Рождества. Но атмосфера сохранялась какая-то натянутая, неестественная. Поэтому лично для меня рассказы безутешной вдовы о её скорби по мужу выглядят, мягко говоря, циничными и нелепыми.
В результате его смерти Марина Литвиненко, по её собственным словам, в результате опубликования книг о смерти мужа стала состоятельным человеком и теперь якобы независимым от Березовского. В последнее я не могу поверить.
Я лишь могу представить себе, как Александр хотел воззвать о помощи, находясь в госпитале в результате отравления, которое никому, кроме его жены, организовать не представлялось возможным.
4 декабря 2006 года в газете «Новые известия» Леппард был назван единственным британским журналистом, посетившим Александра в больнице. Леппард так обрисовал интервью, взятое у Литвиненко:
«Мой разговор с Литвиненко проходил в палате интенсивной терапии в присутствии его жены Марины и его адвоката. Литвиненко частично говорил по-русски, частично по-английски. Мы говорили примерно полчаса. Русскую часть интервью делалпереводчик».
