— Это срочно и архиважно!
Дежурный молчал с минуту.
— Проходите.
Щёлкнули замки.
Миранда повернул ручку кремальеры, потянул к себе толстую круглую плиту люка.
Пересекли короткий коридор внутри водяных цистерн, открыли ещё один люк и вошли в центральный отсек лодки с рубкой управления. На гостей обратил внимание лишь старпом «Тумана», которого все звали Сан Саныч.
— Я могу помочь?
— Нет, у нас дело к капитану, — твёрдо сказал Миранда.
— Проходите, — отступил Сан Саныч.
Капитан Тихомиров сидел перед капитанским пультом и грезил.
На тихое покашливание старпома он отреагировал флегматично:
— Тебя сейчас послать, Сан Саныч, или по факсу?
— К вам… пассажиры.
— Ага… — Капитан повернул голову к гостям, посмотрел на них снизу вверх, очень благожелательно, и добавил вежливо: — Ведь я просил меня не беспокоить, парни, я в печали.
Даныбай поймал косой взгляд Миранды, говоривший: а наш кэп, по большому счёту, пьян.
— Товарищ капитан…
— Если у вас не срочное дело, то лучше вам вернуться в каюту, господа.
— Срочное, — сказал Миранда.
«Не надо с ним разговаривать, — напомнил о себе Саблин-11, — я сам с ним пообщаюсь. Погрей рукой эргион и будь поближе к капитану».
Переселение в голову Тихомирова не заняло много времени. Освоившись в пси-сфере капитана, Саблин-11 выяснил причину его эйфории: капитан действительно принял хорошую порцию коньяку, — и поискал в памяти сведения о связях Тихомирова.
Ему повезло. Капитан оказался не просто решительным офицером и хорошо информированным человеком, у него были связи, и связи не слабые.
И хотя президент страны и министр обороны не числились в его друзьях, он был хорошо знаком и с замминистра, и с начштаба Минобороны, и с главкомом ВМС, и с главкомом зенитно-космических сил.
Сделав это открытие, Данимир «сделал стойку»: родилась мысль каким-то образом «обналичить» знакомства капитана, так как помешать ракетному удару по подлодке «Туман» могли только зенитчики-ракетчики. Покопавшись в памяти подольше, он нашёл номера телефонов, имена и звания, а также сопутствующую информацию, которая могла помочь осуществлению задуманного.
Капитан Тихомиров, замерший с остекленевшим взглядом, обрёл способность говорить.
— Старпом, выход на спутник.
Сан Саныч, поглядывающий на делегацию из глубины рубки, озадаченно наклонился к капитану.
— Егорыч, мы на сотке.
Это означало, что лодка плывёт на глубине ста метров.
— Стоп машина! Подъём на буй!
Старпом почесал затылок, но возражать не решился.
