— Подожди, — спохватился он, услышав имя Глеб, но остановить её не успел, трепетно-прозрачное личико Устиньи исчезло, она выключила бискайп.
Прохор немного расстроился, хотя и не надолго. Во-первых, он знал, что Устя отходчива и не умеет долго обижаться. Во-вторых, его ждала интересная возня с формулами и числами, и это казалось важней, чем обиды подруги.
Через минуту он погрузился в мир геометрических построений, затягивающих человека не меньше, чем наркотик традиционного происхождения.
Очнулся к обеду, с удовлетворением посмотрел на своё творение — изумительно выпендрёжный хищный корпус нового вертолёта. Для его создания потребовались не только математические способности, но и знание электроники, компьютерной техники, аэродинамики и теории конструирования, а также технологии изготовления машин подобного класса, требующих иных источников энергии, более мощных, чем бензин и керосин. Тем не менее Прохору всего за три месяца удалось создать концепт, который не стыдно было представить на конкурс.
В модуль заглянул шеф студии Рельсин Марк Ермолаевич; сотрудники за глаза его звали Шпалой.
— Ну, как дела, фантазёр?
— Голова пока цела, — сострил Прохор, откидываясь на спинку кресла и стягивая с головы дугу эмкана.
Телепатические системы управления — эмканы вошли в моду недавно, однако существенно облегчили и ускорили связь с компьютером.
— Да! — с чувством проговорил шестидесятилетний Шпала, всматриваясь в объём дисплея.
— Не зря я тебя готовлю на премию.
— Кого ж ещё, — отпустил ещё одну шутку Прохор.
Шпала не отреагировал, ещё какое-то время разглядывая его творение, похлопал по плечу и убежал.
Прохор сходил в общий хозблок, попил кофе, поболтал с девочками-на-побегушках, как все называли женский триумвират студии, — секретаршу, бухгалтера и юриста, пообещал всех в скором времени угостить шампанским и вернулся на рабочее место.
Пришла мысль позвонить Устинье, извиниться и сообщить, что он передумал.
Однако мысль не нашла отклика у соседей, занятых креативными размышлениями, и о своём желании он благополучно забыл.
Вспомнил под вечер, когда садился в машину.
Сначала ему показалось, что зазвонил телефон. Он даже постучал по клипсе наушника.
Телефон молчал, зато стало казаться, что на него кто-то смотрит.
Прохор оглянулся и встретил взгляд Прыщика, как в студии прозвали Костю Шишканова, штатного программиста.
