— Посоветовал выбираться самим.
— Как?
— Не догадываешься?
Валерия помолчала, хорошо зная характер мужа: шутить в безнадёжной ситуации он не стал бы.
— Позвоним Косте?
— Нет, здесь мобила не работает, слишком толстый слой породы. Но у нас есть эргион.
— Ты хочешь… изменить форму… камней?! Но ведь их много…
— Какая разница, сколько их? Попробуем и посмотрим, что получится. Начинай ты.
— Я?! — испугалась Лера. — У меня же не всегда… получалось.
— Получалось через раз, просто нужно время, чтобы научиться ловить нужное состояние ума и тела.
Взяла эргион?
— Н-нет… забыла…
— Не на прогулку же шли… ладно, бери мой и начинай, как я тебя учил. Камни — это всего лишь неправильные многогранники, так? Формообразующий импульс превратит их в правильные.
— Они же всё равно будут торчать в завале.
— Нужно пройти их формоспектр до конца, тогда они рассыплются в песок и вообще в пыль.
Саблин вложил в ладонь жены потеплевший сросток ажурных многогранников, вырезанных из яшмы, халцедона и лазурита: тетраэдр в кубе, куб в икосаэдре, икосаэдр в додекаэдре.
Это был подарок Талгата, вручённый Саблину при расставании. Помощь араба в операции по освобождению пленниц была неоценима, и Данияр в ответ подарил ему свой перстень, целиком выточенный из хризоберилла. При падении на грань перстня солнечных лучей он превращался в светящийся кошачий глаз.
Конечно, у него был и свой эргион, простенький, деревянный, смонтированный ещё Прохором, но его он отдал жене, которая благополучно забыла взять его с собой.
Какое-то время ничего не происходило. Лица жены Саблин не видел, но представлял, как она переживает.
— Смелей!
По затылку скользнул холодный ветерок — верное предзнаменование начавшегося процесса формопреобразования. В глубине осыпи затрещало, со стуком посыпались камни. Рука Валерии, которую он держал, дрогнула.
— Получилось?!
— Сейчас посмотрю, отдохни.
Руки нащупали правильные грани, рёбра и углы. С десяток каменных глыб превратились в кубы, но всё же их было мало.
Формопреобразующий импульс Валерии затронул лишь ближайшие обломки осыпи. На весь объём камнепада её воображения не хватило.
Вспомнились беседы с Талгатом, в свою очередь получившим свои знания от «брата» Таглиба из одиннадцатого числомира. А Таглиб учился непосредсвенно у Бурлюка.
Многообразие всех форм одного и того же материального тела образует плотное непрерывное множество, говорил ДД, или, если хотите, ещё одно измерение — Ф.
