— Щас! — развёл руки в стороны и шаркнул ножкой длинноволосый.
— Вам будет всё доложено в своё время, главное, чтобы вы добровольно… м-м… согласились работать с нами.
— Говорите сейчас! — упёрся Прохор.
— Вы не понимаете…
— Освободите помещение!
— Я говорил, что он тупой лекаришка? — ощерился молодой. — Говорил. Говорил, что он не пойдёт на сделку? Говорил. Это третий превалитет, они здесь все такие… честные и совестливые. Предлагаю нейтрализовать и не мучиться. У нас ещё есть резерв.
— Он ближе всех к Стене.
— Ближе всех к Стене второй.
— Второй недоступен, ты умного не строй.
— Ничего, найдём подход.
— Ты, что ли, будешь искать?
— У нас есть Глыба.
— Вы о чём? — спросил Прохор изумлённо, переводя взгляд с одного посетителя на другого. — Что за спектакль? Кто вы такие? Почему так ведёте себя?! Немедленно…
Оба посетителя одновременно посмотрели на доктора, в их глазах зажглось злое волчье пламя.
Прохор открыл рот, собираясь указать странным людям на дверь, но сознание его поплыло, дробясь на ручейки, и тихо погасло…
Лиха беда началоВозвращались домой полные впечатлений.
Проведённые в гостях у ДД два дня оказались насыщенней, а главное — интересней прожитого в Суздале полугода после боя в Узилище.
Проняло даже сдержанного и уравновешенного Саблина, редко поддающегося эмоциям.
— Кошмар Фрейда, а не поездка! — сказал он, когда Прохор и Данимир сели в самолёт."
"— Кошмар Фрейда вообще-то — фаллос Клейна[24], как любит говорить наш завлаб, — рассеянно ответил Прохор, закрывая глаза.
Он устал, но не столько физически, сколько психологически, потому что за истёкшие два дня пришлось прокачать через себя гигантское количество информации и новых определений. Зато они теперь умели делать почти то же, что и ДД с Таглибом, — изменять форму окружающих предметов мысленно-волевым усилием.
Самолёт взлетел.
— Не спи, — потряс локоть Прохора Саблин.
— Я не сплю, я просто моргаю с задержкой, — пробормотал Прохор.
— Ну, моргай. Как ты думаешь, этот наш опыт пригодится?
— Надо тренироваться.
— Я не о том. Мы теперь сможем отбиться от Охотников?
— Наверно… ДД же смог. А опыт — дело наживное.
— Ну да, смотря какой опыт. Ищешь по жизни счастье, а приобретаешь тот самый опыт. Иной раз кажется: вот оно, счастье! Ан нет, снова опыт.
Прохор открыл глаза, посмотрел на задумчивое лицо друга.
— Ты всё больше становишься философом.
— Жизнь заставляет, однако. Я всё больше становлюсь циником. Особенно после разговоров с ДД.
