Покачал головой в ответ на её взгляд:
— Ничего.
— Надо уходить, — сухо сказала Юстина. — Мы обнаружили двух наблюдателей: одного за пределами пансионата, сидит в старом уродском «Запорожце» четырнадцатого года выпуска, второго среди рабочих, выкладывающих дорожки из плиток. У него бинокль и рация. Предлагаю взять обоих, допросить и тихо убраться отсюда поближе к аэропорту.
— Пока с нами не свяжутся «родичи» из второго превалитета, начинать отход не будем, — угрюмо отрезал Данимир.
— Будет поздно.
— Потерпи, Юсь, я верю, что всё разрешится. Второй Прохор переселится в нашего, и мы спокойно отступим.
— Он не такой, как мой… как наш Прохор, не комбатант, не спортсмен, не рукопашник… ботаник!
— Впервые слышу, — усмехнулся Саблин, — чтобы математика обзывали ботаником.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Да, ты права, второй Прохор мягче и рыхлее, но другого у нас нет. Если мы будем рядом, он справится.
— Что значит — мы будем рядом?
— В буквальном смысле слова — они даже не рядом, а внутри нас, это мы сами, разве что чуть в другом оформлении.
Главное, что мы можем общаться и помогать друг другу.
— Ты всегда такой оптимист?
— Преимущественно в тех случаях, когда всё совсем плохо. Хочешь, попробуем сами достучаться до наших «дублей»? Я хожу туда-сюда почти свободно.
— Стучи, отсюда надо срочно уходить!
Саблин умылся, поставил на столик рядом с диваном стакан с водой, взялся за эргион Прохора, однако войти в состояние «движения без движения» не успел — «родич» из второго числомира сам заявился к нему в качестве «гостя»:
«Я туда попал, братец?»
«Дан?! — изумился Саблин, нащупывая диван, сел.
— Как ты сумел перейти границу?»
«Научили, — хмыкнул Саблин-2. — ДД дал урок по изменению психофизики, и мы с Устей теперь можем свободно ходить к вам в гости».
«Как здорово! Это снимает много проблем!»
«Спроси у Юстины, может ли Устя поговорить с ней?»
«Как поговорить? А-а… прости, понял. Она переселится в…»
«Спроси».
Саблин повернул голову к наблюдавшей за ним Юстине.
— С тобой хотят поговорить.
— Кто? — не поняла девушка.
— Устинья.
— Какая У… та девочка? Из второго…
— Числомира. Я сейчас беседую с их Даном. Устя просит разрешения поговорить с тобой."
"— Пусть приходит!
«Получено добро, братец».
«Я понял, одну минуту».
Голос Данияра пропал.
Саблин с интересом принялся наблюдать за реакцией Юстины на вхождение Устиньи.
