Ну, всё, собратья по несчастью, я побежал, вечером начнём постигать азы числоформной транзакции и обдумывать дальнейшие планы. Я живу не здесь, это запасное убежище, о котором мой визави-ректор не знает ничего. Сам он женат, уважаемый человек, известный в своём деле специалист, имеет двоих детей, квартира на Арбате. Его уже не раз проверяли Охотники, но уходили ни с чем: его защита — полное неведение относительно того, чем занимаюсь я — ДД из одиннадцатого числомира.
— Как вас вызвали? Не по скайпу же? — поинтересовался Саблин.
— Нет, конечно, Дмитрий послал по электронной почте сигнал моему связному, который вышел в одиннадцатый мир и нашёл меня.
— Он тоже формонавт?
— Как бы ещё он связался со мной? Есть хотите?
— Пока нет, — за всех троих ответил Прохор.
— Захотите — холодильник к вашим услугам, там есть всё. Квартира охраняется, машина ждёт во дворе на всякий случай, хотя надеюсь, что нас не засекли.
Дмитрий Дмитриевич оставил гостей, но тут же вернулся.
— Хочу предупредить: в кабинет заходить можно, только ничего там не трогайте. Особенно это касается артефактов, которые мне нужны для работы. В том числе инфобиотоны. Я потом каждому из вас дам по модулю.
Дверь закрылась.
Гости переглянулись.
— Что он имел в виду под инфобиотонами? — спросил Саблин.
— Инфобиотонами формологи называют объёмные геометрические модули.
— Эргионы?
— Эргионы — лишь разновидность инфобиотонов, формы которых могут быть самыми разными.
— Но у тебя именно эргион.
— Надеюсь.
Они действительно заглянули в кабинет хозяина и долго с любопытством разглядывали десятки стоящих на стеллажах и подвешенных к потолку на нитях многогранников всех сортов и размеров. Некоторые производили своей формой потрясающий эстетический эффект. Эргионов среди этого многообразия объёмных геометрических фигур не было, но искать их не стали, чтобы не чувствовать себя ворами в чужом доме. К тому же кабинет был насыщен вихрями невидимой энергии, что почувствовала даже Устинья, выразив это словами:
— Тут везде домовые сидят и смотрят…
Холодильником Дмитрия Дмитриевича пришлось-таки воспользоваться, так как все не ели с утра (кофе не в счёт), а в ресторан идти Дмитрий Дмитриевич не советовал.
Устинья стушила кислую капусту с картошкой, сделала омлет, и голод они победили.
В начале шестого к Саблину неожиданно заявился «родич» из одиннадцатого измерения.
