Знаем мы такие числа? Да сколько угодно!"
"Постоянные Капрекара, или как их чаще называют — самопорождённые числа — раз. Их не так много, если не брать совсем уж глубокие числа, шести-семизначные и дальше. До сотни их всего с два десятка, трёхзначных — вообще одно, это 495, где Прохор работает сторожем зиндана. М-да…
Четырёхзначное тоже одно — 6174, и он там уже был. Дальше идут шестизначные — 549945 и 631764, но туда спускаться опасно, можно застрять или раствориться, как кусок сахара в воде. Кстати, не это ли произошло с ДД?»
Прохор сел, глядя на озеро затуманенным взором, снова лёг.
«Нет, ДД опытный формонавт, он не мог допустить такого финала. Он исчез, это правда, но данный факт вовсе не означает, что он погиб.
Итак, узлы Капрекара хороши, но не настолько, чтобы ДД использовал их в качестве неких убежищ. Безопасности они не гарантируют. Пошли дальше.
Числа Смита[11]. Сколько мы их знаем? Да до фига! Совсем маленькие — это четвёрка, двадцать два, двадцать семь и так далее, трёхзначные — семьсот двадцать восемь и семьсот двадцать девять, так называемые «Братья Смита».
Четырёхзначные — 2964 и 2965, тоже «Братья». Глубоко, чёрт возьми, но проверить надо бы. Хотя, с другой стороны, в эзотерическом символическом смысле они не несут скрытой информации».
Прохор сунул в рот травинку.
«Хотя я, может быть, ошибаюсь. Число 777 — тоже является числом Смита, но в нём гора сакрального смысла. Вот его точно надо будет проверить. Если только там в засаде не сидят Охотники.
Что ещё? Числа Армстронга[12]. Среди трёхзначных таких чисел всего четыре: 153, 370, 371 и 407. Пятизначных больше, почти десяток. Шестизначное одно, насколько помнится: 548834. Семизначных тоже немного, не то три, не то четыре. Чёрт, уже не помню порядок цифр! Однако в них нет ничего демонического или необычного, ни повторов, ни правильных сочетаний, ни каких-либо загадок. Фрактальная пыль, как говорится, если не учитывать свойства сомножителей. К примеру, число триста семьдесят один равно: три умножить на пять и на тридцать семь.
Либо три возвести в куб и прибавить семь, тоже возведенное в куб. Ноль не считается, его как ни возводи в степень, формально он останется нулём. Каждый сомножитель числа несёт свою базу и свою форму. Может быть, при перемножении или возведении в степень сути чисел и цифр складываются, порождая новое явление?»
Прохор заметил в небе точку, последил за ней: это был коршун, круживший над лесом. Хищник.
