Но Дан заблокировал удары, и они несколько секунд кружили по комнате, избегая столкновений с мебелью, «качали суплес», намечая удары и тут же организуя веерную защиту.
Прохор сдался первым, подставил ладонь, Саблин шлёпнул по ней своей ладонью, и оба спустились на первый этаж дома, где играла тихая музыка.
— Умывайся, — сказал Саблин, выходя на веранду.
Прохор скрылся в туалете, постоял под душем и тоже вышел на веранду в хорошем расположении духа, несмотря на высказанные Даном предположения о подозрительных личностях.
Саблин сидел за столом один.
— Михась скоро будет, завтракаем без него. Потом поедем на озеро, если ты не против.
— Рыбак я никакой, — признался Прохор, — но посижу у воды с удовольствием.
Саблин подвинул к себе тарелку с творожной запеканкой.
— Накладывай что душе угодно, ешь, все уже позавтракали и разбежались. Ты говорил, что навестил своего «родича».
— Мне не очень нравится его пофигизм, — оживился Прохор, накладывая себе салату. — Но я вижу, парень потихоньку оживает, меняется.
Даже Устя это заметила, его подруга. Если будет двигаться в том же направлении, из него выйдет толк.
— О чём вы говорили?
— Я с ним поэкспериментировал.
— В каком смысле?
— Взял с собой в поход по числомирам.
Саблин недоверчиво отставил вилку.
— Каким образом?
— Он предложил подсоединиться, я согласился и подцепил его «эго». Объяснить не смогу, это произошло на уровне глубокой психики, на рефлексе, на воле, но главное — нам удалось объединиться, причём с первой же попытки, что удивительно.
— Ничего удивительного, вы родственные души.
— Скорее мы хорошо понимаем друг друга. Соображает он быстро, хотя в физическом плане предпочитает диван вместо турника.
— И где вы были?
— Мы путешествовали недолго, посетили всего три превалитета: двенадцатый — для разминки, потом семьдесят пятый Капрекар, узел двузначного самопорождённого числа, и мир трёхзначного репьюнита.
— Что такое репьюнит?
— Число, состоящее из одних единиц.
Мы с тобой живём в двузначном репьюнит-мире — в одиннадцатом, следующий репьюнит — сто одиннадцатый, за ним тысяча сто одиннадцатый и так далее.
— Простенькие числа.
— Не скажи, у них тоже куча всяких сакральных свойств.
— Почему ты выбрал сто одиннадцатый репьюнит?
— Совершенно случайно, подумал, что я там не был.
— Насколько я помню по твоим рассказам, ты всего-то посетил полсотни миров. Мог бы и другое число выбрать.
— Так получилось.
