Они знают, что я не испытываю к ним любви, что я убью их, если придется, чтобы выбраться отсюда. Чтобы добраться до Шарлотты.
— Иван. — В голосе Ники звучат разумные нотки, которые говорят о том, что он попытается все обсудить. Но я не в настроении даже давать ему шанс.
Когда он делает шаг вперед, я выхватываю нож и ловлю его за руку. Он издает изумленный звук боли — моя готовность причинить ему боль явно застала его врасплох. Лев пошатывается, а я оглядываюсь, оценивая расстояние между собой и незапертой машиной.
Горстка шагов. Несколько футов. Это все, что мне нужно. Я делаю вдох и бросаюсь вперед, выхватывая нож с одной стороны, и мой кулак врезается в мягкую плоть одного из моих братьев, когда я наношу удар слева, замахиваясь без изящества и грации, когда я бросаюсь к машине.
Я чувствую кровь на руке. Боль в ребрах. Я наношу еще и еще удары, движение вокруг меня становится размытым, когда я хватаюсь за ручку двери, выдергиваю ее и бросаюсь спиной вперед на водительское сиденье. Я бью обеими ногами, когда Лев бросается на меня, вбиваю каблуки ему в брюхо, хватаюсь за ключи, выпрямляюсь и захлопываю дверь.
Раздается вопль боли, когда я сжимаю чьи-то пальцы в попытке схватить их. Я хлопаю рукой по замкам, каждое движение, чтобы завести машину, злобное, неистовое, пока я мчусь по переулку. Антон пытается сделать шаг вперед, и угол капота задевает его, отбрасывая в сторону, когда я нажимаю на газ и выезжаю на дорогу, поворачивая.
Дальше они пойдут за Шарлоттой. Но я доберусь до нее первым.
26
ШАРЛОТТА
Утро после того, как я переспала с Иваном, странно тяжелое. Как только я встала, пришло милое сообщение от него, с пожеланием доброго утра, но меня тяготят сообщения от Нейта. Он видел меня прошлой ночью. Он наблюдал за мной. Следил за мной.
Я помню, как я чувствовала себя, идя домой после бранча с подругами, как я чувствовала на себе пристальный взгляд и как я фантазировала о своем мужчине в маске. В новом свете эта мысль заставляет мою кожу покрываться мурашками, мне хочется залезть в душ и отмыться добела.
Не так я хотела чувствовать себя на следующее утро. Я хотела греться в лучах послевкусия, быть солнечной, счастливой и парящей после того, что произошло с Иваном. Вместо этого сообщения Нейта вызывают у меня зуд, как будто я хочу поцарапать свою кожу.
У меня возникает соблазн остаться дома, но я знаю, что если я это сделаю, то буду зацикливаться на сообщениях и на том, что они заставляют меня чувствовать.
