Стала такой сразу после наше “первой брачной ночи”. Я усмехаюсь сама себе и не могу понять, как поверила в то, что у нас все еще может быть нормально.
Больше не верю, поэтому держусь холодно. Так же, как и Матвей до сегодняшнего дня. Что происходит сейчас я не знаю, да и едва ли хочу. Все, что меня волнует — мои дети. Через неделю Матвей сделает УЗИ и скажет пол нашего общего ребенока. Прошлый раз он мог сказать только о моей дочере, зачатой через ЭКО.
Я обрадовалась, понимая, что у меня будет дочка. Маленькая, розовощекая принцесса, которой я буду покупать красивые платья, резиночки, заколочки, с которой мы будем разговаривать по душам.
Я надеюсь, что вторым будет мальчик. Я всегда хотела девочку и мальчика. Двух детишек.
Машина останавливается у ресторана и Матвей открывает дверь, помогая мне выйти. Предлагает свою руку и ставит автомобиль на сигнализацию, после чего ведет меня внутрь помещения, помогает снять верхнюю одежду и сообщает, что у нас заказан столик.
— Что ты будешь? — спрашивает, едва нас проводят к нашему месту и мы садимся.
— Что-то полезное и вкусное, — я пожимаю плечами и даже не смотрю в меню.
Матвей заказывает салат и мясо на гриле, просит принести ему кофе, а мне яблочный сок.
— Ты не против? — тут же осведомляется он и отсылает официанта, едва я мотаю головой. — Ты чем-то недовольна? — напрямую спрашивает мужчина, вынуждая повернуть голову и взглянуть на него.
— Нет, все в порядке.
— Но…
— Скажи, где-то здесь есть журналисты? Кто-то будет фотографировать нас за поглощением обеда? — я задаю прямой вопрос и выжидающе смотрю на мужчину.
Он, кажется, немного шокирован, но мне, честно говоря, не до его эмоций. Я не хочу с ним разговаривать так, будто между нами ничего не произошло, будто не он месяц назад подарил мне лучший секс в жизни, а потом пинком оставил за бортом своей жизни. Я не желаю думать, что заставляет его это делать. Я устала, черт возьми, думать о нем.
Пришло время подумать о себе и детях, а он… пускай разберется со своими тараканами.
Я говорю сама с собой. Прокручиваю мысли в голове, пока Матвей рассматривает меня. Наконец, он нарушает молчание.
— Нет, Вероника. Нас никто не будет снимать. Разве мы не можем пообедать вместе и просто поговорить?
— Нет, не можем, — говорю я, стараясь сделать так, чтобы мой голос звучал уверенно. — Не можем, потому что нас не существует.
Глава 37"
"Нам приносят обед.
