Олег любитель антикварной мебели и все его комнаты обставлены не современными дизайнерскими шкафами, а старинными комодами, не кроватями с мягкой периной, а ложами с балдахином. А еще эти картины…
Я уже не уверена, что сделала правильный выбор, потому что вряд ли смогу уснуть здесь, но мои раздумья прерывает Ирка, ворвавшаяся в комнату.
— Прости, что заставила тебя ждать, но Матвей, кажется, начал подозревать. Я еле тебя спасла от его лап, — она смеется, а когда замечается мой растерянный взгляд, произносит: — Странно здесь, да? Я и сама до сих пор не привыкну, Никусь, но Олег очень любит такую обстановку, строгий стиль, все дела.
Но если хочешь, я попрошу его на время вышвырнуть все это и обставить комнату по-нормальному.
— Нет, что ты, — я поспешно отказываюсь. — Не нужно, я привыкну, — выдаю ободряющую улыбку и в подтверждение своим словам сажусь на кровать и тяну подругу за собой.
— Слушай, — тут же говорит Ира, — тебе нужно срочно менять доктора и у меня, кажется, есть кое-кто на примете.
Глава 20
Ира действительно находит мне другого врача и сейчас я стою у него под кабинетом. Не знаю как, но подруга даже карточку со всеми результатами раздобыла, так что мне не придется все сдавать заново.
— Проходите, — из кабинета выходит молоденькая девушка лет двадцати пяти и просит меня зайти.
— Здравствуйте, — здороваюсь с доктором и улыбаюсь ему самой миловидной улыбкой, на которую только способна.
— Здравствуйте, — на меня смотрит приятная женщина лет пятидесяти с высокой прической и густой челкой.
— Проходите, садитесь, давайте карточку, — улыбка покидает ее лицо, едва я протягиваю ей свою карту.
Она листает ее, пересматривает, а после удивленно вскидывает брови и смотрит на меня.
— У вас два плода с разными сроками? — задает она вопрос, после которого я энергично киваю. — И что же вас не устроило в предыдущей клинике? — она оценивающе смотрит на меня и ждет ответа.
— Не сошлись с врачом, — спокойно отвечаю я.
— Правда? Там ведь отличные врачи, — возражает женщина.
— Да, но… — договорить мне не дает звук открывающейся двери, на который мы дружно разворачиваем головы.
Я не могу поверить: на пороге стоит Матвей Левицкий собственной персоной. В темных джинсах и светлом свитере он смотрится так, что я на мгновения задерживаю дыхание. Смотрю на неумолимо приближающуюся к нашему столу фигуру и ожидаю его действий. Они просты: он просит моего доктора и ее ассистентку, или кто она там, выйти.
